Алексей Калинин - Дети Ночи

Тут же вырвать и ударить снова. Попал?

Снова воздух свистнул под лезвием, а потом глухо скрежетнул песок.

Где же этот бычара? Сколько прошло времени? Почему дебаф не спадает? Почему эти уроды так орут?

Все эти мысли проносились в голове Вротмнетотема в то время, пока он махал вокруг себя секирой, как бешенная мельница.

Дебаф прошел, словно с глаз сорвали повязку. Орк огляделся. Минотавр стоял на прежнем месте. Он ждал.

Вротмнетотем шмыгнул носом и бросился вперед. Один раз – случайность. Второй раз отлететь от удара кулака – уже настораживает.

– 56

Наложен дебаф «Замедление»

Орк медленно, безобразно медленно поднялся и встал в боевую позицию. Минотавр не нападал. Он всего лишь склонил голову влево, потом вправо, как будто разминал шею.

— Убей его!

— Мочи орка!

— Завали Вротмнетотема!

До ушей орка долетали крики толпы. Ни одного крика в поддержку. Ни одного. А ведь Оксанка сейчас смотрела…

Время ускорило свой бег. Орк бросился вперед. Секира вжикнула над песком, под взлетевшим минотавром. В пасть Вротмнетотема воткнулось копыто.

– 102

Наложен дебаф «Ослепление»

Больше половины жизни ушло…

Снова никого под секирой. Орк взревел, когда зрение вернулось.

Минотавр стоял на прежнем месте. Его индикатор здоровья был на прежнем уровне.

— Сволочь, — прошипел Вротмнетотем.

— Сдавайся, — хмыкнул Крош.

Орк поднял секиру над головой и кинулся к врагу. Три удара. Минотавр почти танцевальными движениями увернулся. Поймал четвертый удар и снова Вротмнетотем отлетел прочь.

– 54

Наложен дебаф «Замедление»

Черт побери! Вот так вот просто!

Да это же не битва, это избиение младенца. И младенцем был Вротмнетотем. Такого унижения орк не помнил. И минотавр снова не нападал…

Боевая ярость!

Наконец-то боевая ярость проснулась и начала заливать руки и ноги орка знакомой чернотой. Мощь и сила наполняли тело. И вместе с тем меркло зрение.

Вротмнетотем поймал заинтересованный взгляд минотавра. Тот смотрел на орка с тем же интересом, с каким ученый разглядывает новую бациллу под микроскопом.

— А вот сейчас будет интереснее, — прорычал минотавр.

Интереснее? Сейчас будет очень интересно!

Перед глазами всё померкло, как от дебафа «Ослепление». Тело орка взорвалось невероятной энергией и на следующие десять секунд игрок Женька Ковалев словно выпал из Вселенной.

Тишина и темнота. Словно он провалился глубоко под землю, куда не доносилось ни одного звука. Тьма. Клубящаяся тьма…

Его зашвырнуло обратно с той же скоростью, с какой и вышвырнуло. Орк Вротмнетотем как раз выполнял один из коронных ударов – прыжок с поднятой секирой и рассечение черепа противника напополам. Секира попала как раз между обитых металлом рогов.

— Он победил! Он снова победил!!! — взвыл удивленный голос Тундыря. — Орк Вротмнетотем снова стал победителем Арены Смерти. Приветствуйте же нашего непобедимого чемпиона.

Орк выдернул секиру из рассечённого черепа минотавра. На миг показалось, что на морде убитого врага промелькнула злорадная ухмылка. Но только на миг. В следующую секунду она превратилась в прежнюю, озадаченную морду.

Орк поплелся к выходу. Сегодня он почему-то чувствовал себя выжатым, как лимон. Его едва не победили, причем так легко. Что это за игрок был?

Снова с трибун полетели камни, бутылки, прочий мусор. Орк шел, таща за собой секиру и ни на что не обращал внимания. Он даже не видел, какими круглыми от страха глазами за ним следила невысокая дворфка Тургрита.

Не видел улыбки Экзекутора…

«Смысл жизни только в одном — в борьбе»

Антон Павлович Чехов

В гостиничном номере перестал подергиваться человек, висящий на жгутах аппаратуры Вселенной. Кирилл открыл глаза и подмигнул стоящему у стены Андрею:

— Ну что, уработал тебя ученик?

— Не он уработал, а его странная способность, — хмыкнул Андрей.

— Надеюсь, что ты захватил немного образцов?

— Конечно же захватил. Пока ты с подругой на трибунах обжимался, я старался не сдохнуть и хотя бы чуточку блокировать удары. Да, когда он так напал на меня, покрывшись черным туманом, то я едва не струхнул. Был бы человеком, вроде тебя, обязательно бы обоссался.

— Да я не обоссался тогда, просто не успел среагировать. И рука уже зажила.

Андрей только махнул рукой.

— Не отмазывайся. Мне сейчас нужно поработать и разложить кусок программного кода на составляющие. Так что не мешай. Хочешь – иди совокупляйся со своей медсестрой…