Алексей Калинин - Дети Ночи

— Ну что же, юные воины! Вы показали себя доблестными солдатами веселья! Вы – герои и о вас будут слагать легенды все две перемены. Но нельзя забывать и о тренировках. Чем тренированнее тело, тем легче дается победа, тем легче преодолеваются боссы, тем лучше добывается лут. Так что сейчас приседаем и делаем два круга по залу. Упражнение называется «Небесный гусенок»! Ваня, покажи, как это делается. Ваня?

Мальчик словно очнулся и показал на руку учителя:

— Кирилл Александрович, а у вас кровь…

Кирилл взглянул на предплечье правой руки. Рукав синей олимпийки был распорот словно бритвенным лезвием, а по коже шла длинная царапина. Капли крови уже собрались небольшой лужицей под рукой учителя. Две девочки упали в обморок при виде этой поблескивающей лужицы.

«Люди на земле должны дружить… Не думаю, что можно заставить всех людей любить друг друга, но я желал бы уничтожить ненависть между людьми»

Айзек Азимов

— Да где же вас так угораздило-то, Кирилл Александрович? — всплеснула руками медсестра Мария Павловна, когда Кирилл пришел к ней с порезом.

— На уроке, — пожал плечами Кирилл. — Пока объяснял ребятам упражнение, провел рукой по шведской стенке и не заметил гвоздя. Вот и получилось так…

— Вот вечно вы так, мужчины, суете руки туда, куда не нужно, — покачала головой Мария, пока осматривала порез. — Тут надо бы в больницу, швы наложить…

Кирилл поморщился. В больнице не прокатила бы сказка про выпирающий гвоздь. Там на раз-два раскусят порез. Зафиксируют рану, нанесенную острым предметом, вызовут полицию, а те заинтересуются личностью нового физрука. Начнут расспрашивать, кто-нибудь копнет прошлое Кирилла…

Вот этого Кириллу не нужно. Раны заживали как на собаке, а раскрывать своё инкогнито он не хотел. Для всего мира он умер. Пусть так будет и дальше.

— Да ладно, чего в больницу… Можно степлером скрепить, да и пусть его, — ободряюще улыбнулся Кирилл.

— Эх, мужчины… И чего вам всё храбриться-то хочется? Всё строите из себя непонятно кого. Нет, тут надо всё-таки в больницу. Я сейчас позвоню…

Рука Кирилла змеёй метнулась к телефону и накрыла ладонь Марии. Глаза его блеснули так, как учил Андрей. Женщинам всегда нравится, когда при взгляде на них глаза у мужчин поблескивают. Всего лишь легкое движение век, нужный угол освещения и вот уже зрачки Кирилла приковывали её внимание.

Теперь подключить диафрагму и проурчать глубоким голосом, идущим из живота:

— Не стоит. Просто обработайте и ладно…

Щеки Марии покраснели от прикосновения руки, дыхание участилось от магнетизма со стороны нового физрука. И как она раньше не замечала, что у него такие прозрачные, манящие глаза? И он так смотрит…

Кирилл тем временем незаметно нажал на чувствительные точки на ладони Марии. Женщина с удивлением для себя отметила, что сейчас ей вовсе не хочется отпускать этого мужчину. Наоборот, её тело почему-то само придвигается к Кириллу, а губы… Губы предательски вытягиваются в трубочку и…

— Можно же обойтись и без швов, всего лишь наложить повязку и стянуть потуже, — улыбнулся Кирилл, чуть отстраняясь.

С очарованием нужно не перестараться, а то женщина настолько захочет секса, что ни о какой обработке не могло быть и речи. Мария выдохнула с присвистом. Она попыталась взять себя в руки, откашлялась.

Что это на неё нашло? Скорее всего, это остаточная реакция от изнуряющего рейда и от вести о смерти бывшего физрука. А теперь новый физрук с раной пришел. Что-то этим мужчинам не везет. Может, это проклятие какое на должность легло?

— Да-да, я сейчас обработаю… сейчас стяну… Это… Да, где у меня бинты?

Кирилл даже не дернулся, когда медсестра обработала рану перекисью водорода, наложила повязку. Белая ткань потихоньку пропиталась кровью. При виде крови Мария Павловна окончательно взяла себя в руки и стала прежней деловитой медсестрой.

— Давай ещё одну повязку сделаю. Поверх. После уроков зайдешь, я посмотрю и перебинтую. Если кровь не остановится, то придется ехать в больницу.

— Надеюсь, что не придется, — мягко улыбнулся Кирилл и поправил непослушный локон, выбившийся из-под медицинской шапочки.

Всего два мимолетных касания, одно возле ушной мочки, а второе за ухом, и Мария почувствовала, как по спине пронеслась будоражащая волна. Снова вернулось влечение, какое может быть у женщины к мужчине. И снова губки сложились куриной гузкой…

— Наверное, ты и во Вселенной за хилера отыгрываешь? — спросил Кирилл. — Ты в клане состоишь, или в одиночку виртуал топчешь?