Марина Дечко - Звери Ночи

Я пригнулась, и оказалась позади его. Мне хотелось нанести ему серию ударов по спине, но оказалось, что он был слишком проворен. Лишь один раз моя рука опустилась на его тело, как он тут же развернулся. Мне было понятно, что даже если Дэни не показывает свою боль, это не означает, что ее нет. И я стала наносить все новые удары, двигаясь с проворством пантеры.

Как дикая кошка прыгает с одного дерева на другое, так и я перемещалась вокруг своего противника. Иногда мой кулак достигал своей цели, иногда Густовсон успевал его остановить, и сам наносил удары.

Я чувствовала, что уже прошел час, если не больше, после начала нашего поединка, но никто из нас не хотел уступать своей позиции. Мы оба устали, но это не отражалось на наших движениях. Они по-прежнему были четкими, и почти неизменно достигали своей цели.

В следующий момент мне все-таки удалось обмануть противника, и, оказавшись у него за спиной, запрыгнуть ему на плечи. Я держала его за шею одной рукой, и наносила удары по затылку другой. Не знаю, сколько он мог так продержаться, но Дэнни изловчился, и нанес мне удар по шее.

Он оказался таким сильным, что мои руки разжались, и я оказалась летящей на пол. Как только мое тело почувствовало опору, давшуюся мне вместе с сильнейшей болью, Дэнни оказался сверху. Он ударил меня один раз, и был уже готов нанести следующий удар, когда я изловчилась, и ушла из-под него. Рука Густовсона не успела остановиться, и врезалась с грохотом в деревянный подол арены. В том месте, где она прикоснулась к дереву, пошли трещины. Только теперь наблюдающие смогли оценить, как несладко мне пришлось. Я занесла свой кулак для удара, но вдруг что-то отвлекло мое внимание. Мне не сразу удалось понять, что это, но потом стало ясно.

Ярко-алый свет выливался из-под моей одежды. Он был настолько интенсивным, что даже стал мне слепить глаза. Мне уже стало ясно, что это означала, и я тут же бросилась к Дэнни. На лету мне удалось словить его руку, чтобы она мне не навредила, и, сильно сжав ее, я заглянула ему в глаза:

- Дэнни! Опасность!

Он непонимающе смотрел на меня, но я, не терпя никаких возражений, снова сказала:

- Опасность.

В этот же миг мои уши и уши соперника уловили легкое жужжание, которое усиливалось с каждым мгновением. Когда же нам стало понятно, что это, было уже поздно.

Стрела.

Стрела, выпущенная из лука врага, была в трагической близости от нас. И ее на могло уже остановить ничто. Мы не успевали укрыться, и нам оставалось лишь встретить свою Судьбу лицом к лицу.

Я собралась с духом, и призвала двойника, но все во мне понимало, что он не успеет защитить нас. Смерть летела на нас со скоростью света, а ее обогнать не мог даже наш Дар. Последних мгновений хватило лишь для того, чтобы принять единственное решение. Повинуясь своему порыву, я закрыла Дэнни собой, и направила двойника отклонить стрелу.

Все, что развивалось потом, невозможно даже описать.

В считанные секунды к стреле бросились две тени. Одна - и я понимала это - была моим зверем, призванным защитить нас, но другая...

Другую, стремительно несущуюся навстречу нашей погибели, я смогла узнать лишь потом. Осознание того, кто был нашей защитой, пришло в тот момент, когда стрела пронзила его плечо. Я обернулась на запах крови, и увидела наставника.

Господин Нильсон. Что заставило его поступить подобным образом, и как ему удалось успеть, - обо всем этом приходилось лишь догадываться. Но он спас нас, и это сейчас было главным. Промедления в такой ситуации означали погибель.

Времени на раздумья не было. Нужно было действовать безотлагательно. Я приказала двойнику охранять нас, и под его прикрытием подобралась к старику. Он лежал навзничь посреди арены буквально в паре шагов от нас. Из его раненого плеча струилась кровь. Пятно, окружавшее стрелу, постепенно расширяло свои владения, и мне стало страшно. Я боялась, что этот нуар, который так храбро и бескорыстно заслонил нас собой, может погибнуть. А ведь я даже не успела узнать его. Нет, все не могло закончиться здесь и сейчас! Только не для него. Я стольким была обязана наставнику, что просто не могла укрыться, оставив его на погибель.

Я обхватила руками его лицо и громко, с мольбой в голосе, произнесла:

- Мистер Нильсон, вы слышите меня? Мистер Нильсон, очнитесь!

Никакого эффекта. Я начала трясти его тело, чтобы он пришел в себя, и через несколько секунд смогла расслышать слабое ворчание: