Алексей Рагорин - Ракетчики

Тишину ночи тревожили далекие выстрелы и рёв двигателя грузовика. Подъехала и стала поодаль, свернув за угол, военная машина. Из неё посыпались солдаты, стали короткими отточенными перебежками окружать ГУВД. К ним через пару минут подошёл полковник-москаль. Видимо, их главный.

— Полковник Смирнов, войска ГКЧП, требуем сдать ваш ГУВД, в противном случае возьмём его штурмом.

— Ни, москалыку, нэ здамося, навить тэбэ вжэ нэ видпустымо. Вы наших братив цийэйы ночи багато забылы. Тож, мы помстымося. Тож, ты ниякый нэ парламэнтэр, а собака. Собаци — собача смерть.

И застрелил Смирнова. Говорили Смирнову на инструктаже: на переговоры нужно посылать курсантов или рядовых, кого-нибудь поменьше званием. Даже если убьют — ущерб для операции минимальный. В благородство играл. Военачальник мирного времени, мать их за ногу. Фактически, он обезглавил не только Львов, но и ещё две западные области. В Тернополе, точнее во всей области, живёт мало людей, поэтому, хотя туда выделили отдельного командира, майора Крамаренко, но по всем тактическим вопросам рекомендовали обращаться за разъяснениями во Львов, к Смирнову. Командир армян ему достался, как назло, слабо вменяемый. Не то чтоб он плохо знал русский язык или был придурком — нет. Азеры убили в Карабахе всю его семью, пока он, как и Серго, служил в армии. А служил парень в Афганистане, в ВДВ. Волчара — ещё тот. Соответственно, в руководящей паре Крамаренко-Саргисян решающее слово оставалось всегда за Саргисяном. Обозлённый на весь белый свет Саргисян не понимал слова «нет». Полилась кровь рекой и в Тернополе. В Ивано-Франковске с руководством было всё нормально. Но к полудню 19-го числа пришли слухи, а они пришли сильно преувеличенными. И началось… Были откопаны схроны с оружием времён Первой и Второй Мировых. Затрещали выстрелы и по этой земле, земле Франка и Леси, этих талантливых проводников австрийской политики дерусификации.

Как ни странно, но относительно мало пострадали управления КГБ. Там сидели более умные люди, не соблазнились на наличие у себя автоматов и стен. После трёх-пяти трупов сдавались. Ещё учтём, что в КГБ большой процент был не из местных. А доблестная милиция отстреливалась до последнего человека.

Серго Матевосян остался без координатора, полковника подло убили. Отомстил, в городе всё взял под контроль. Под мёртвый контроль. За последние три года он прошёл хорошую школу. Не просто убивал и взрывал, не просто научился воевать в горах и городе — он стал опытным военачальником среднего звена. В меру инициативным. Из киевского штаба ему ночью ничего внятно не посоветовали. Да и что они могли, если не видели обстановки на месте? А доклады, что — доклады? В общем, не разобрались в обстановке. Серго достал памятку из кармана убитого полковника Смирнова, прочитал. Всё написано. Чётко, по-военному лаконично, понятно: «После взятия под контроль объектов областного центра — приступить к контролю области. Выслать мелкие группы представителей для разъяснительной работы на местах». Разъяснительная работа, в понимании боевиков, три года льющих кровь, несколько отличалась от таковой в головах штабистов, писавших памятку. В результате, когда обстановка стала понятна, вечером 19-го поступила команда вывести армян из участия в операции, было уже поздно. Кровь уже пролилась. И пролилось её много. С области армяне уходили с боем, иногда, даже лесами.

К 23-му их переправили в Киев. Результат был ошеломляющим и непонятным: по предварительным подсчётам, потери в трёх областях Западной Украины составили до одиннадцати тысяч убитыми. Вооруженных мужчин! Почему так странно формулируем? А как описать всю совокупность: милиционеры, КГБ-шники, охотники, бандиты, дезертиры с воинских частей? Около тысячи было ранено. Но ранены оказались, как правило, подростки и женщины. Потерь среди армян убитыми не было вообще. Ни одного! Пару десятков раненых — и всё. Непонятно! Но в этой непонятке мне предстоит разобраться только 23-го числа. А пока что вернёмся в горячее 19-е.

— Так и есть, это наш Серго. Я его на один крючочек зацепил. Кстати, их должно было быть больше. Но какой-то Карапет женился не вовремя, поэтому мы недополучили человек сто минимум.

— Ха-ха-ха! Да-а, весело у них живут.

— И не говорите. Помните, в Азербайджане недавно завод взорвался?

— Нефтеперерабатывающий? Помню.

— Это Серго со товарищи.

— Норрмально.

— Спокойно, только спокойно, так и надо, потом объясню. У них там полная задница. Если очень коротко: Муталибов себе «намутил» кучу оружия от СССР и целую 4-ю армию. А у армян — ничего. Их там, в Карабахе, «мочат», как хотят. Выселяют без имущества, забирают всё. Беспредел.