Алексей Рагорин - Ракетчики

Как и в той истории, 7 декабря Армению сильно потрясло. Теперь новички прониклись окончательно.

— Как ты мог молчать о таком!? Сколько людей погибло! Наших, советских людей! Их можно было спасти!

— Успокойтесь, Александр Александрович. Саша нас предупреждал, так что и мы несём часть ответственности.

— Нет, пусть ответит!

— Эт самое, Бочкин, успокойся, тут нельзя было ничего сделать.

— А я отвечу. Во-первых, мне бы никто не поверил. Даже вы, и по более очевидным вопросам, не поверили. Во-вторых, это не совсем наши люди. Карабахский конфликт был совместной разработкой КГБ и ЦРУ. С подачи Горбача, других предателей, местных партийных руководителей Азербайджана и Армении, была организована Армяно-Азербайджанская война. Национальные элиты решили стать первыми скрипками в уездных оркестрах. Националисты пустили в обеих республиках глубокие корни. Идеология уже охватила массы. Потому я смею утверждать, что погибли не совсем наши люди. Не то чтоб мне не было их жалко. Но… Для лучшего понимания скажу, что их война после этого землетрясения сильно спадёт. После распада Союза они должны нажраться дерьма самостоятельности и свободы столько, чтоб опротивело. В перспективе, лет через двадцать, настроения несколько изменятся, будут лучше поняты истинные ценности. А сейчас мы для них будем врагами, если будем удерживать в Союзе силой. Свыше двадцати тысяч погибших и полмиллиона раненых, это конечно много. Но меня такими скромными цифрами не проймёшь. Почти весь Союз американцы «кончили». Это значит: уничтожили, слово из будущего. Неважно. Нужно постараться спасти других людей. Без натяжек: почти весь мир, всё человечество. Теперь вам пора вспомнить мои рассказы, поверить и проникнуться. Представьте, ваших правнуков будут отдавать на усыновление черножопым гомосекам, или, ещё хуже: на органы в США. И это ещё не самое жуткое.

— Мы прониклись, Саша, что предлагает ваша команда?

— Эт самое, ты Сергей Владимирович, если проникся, так начни называть Сашу Александром Владимировичем, для начала. Ему, как-никак, в той жизни семьдесят лет намотало. А наша команда много чего предлагает. Вот маленький пример. Ты, Александр Александрович, мучил его термехом. Ну, выучил он его, сдал. Молодец, заставил, принципиальный, блин! А сколько действительно полезного можно было сделать? Вон, Сергеев, права человеку сделал. Нужная вещь.

— А чего б ему права не сделать? Он меня так покатал, что и я не умею. Тут не поспоришь. Через канаву перепрыгнул? Перепрыгнул. Яму на двух колесах обрулил, в заносе рулит уверенно, контрзаносом пользоваться умеет, по городу летает лучше таксистов. Чё б мне ему экзамен по вождению не принять и права не сделать?

— Я понял, простите меня братцы.

— Ну-ну, Александрович, брось, мы все были Фомы неверующие.

— Эт самое, давайте без лирики. План у нас есть, но теперь слушайте будущую историю более подробно; потом мы расскажем свои намётки; потом вы подумаете своими головами. Ну, и, эт самое, может тогда чего путного своего подскажете. Лады?

Спустя четыре часа динамичного разговора, новички сидели удручённые и пили чай. Все мелочи уже выспрошены, разъяснения от гуру из будущего получены, сырые идеи забракованы. Вишневецкий высказал свою идею.

— Позвольте предложить. Есть такая мысль. Вы планируете на базе нашего Центра потихоньку вербовать будущую «гвардию», с помощью которой будет сделан переворот. Может, ещё что по-мелочи будет в активе. Но ведь не зря вы изменили подчинённость Центра, по сравнению с оригинальной историей? Сейчас полным ходом идёт война в Афганистане. Это только вы, и теперь — мы, знаем, что через год всё кончится. Но ещё целый год можно этим пользоваться! Вот что я предлагаю…

Два месяца ушло на формальности. В середине февраля к нам в центр прибыло около сотни офицеров из разных афганских военных частей. Чины были разные, но выше подполковника никого не было, хотя мы звали. Не очень то и хотелось… Ещё около сотни человек набралось из разных других мест: пяток — из «Альфы», присланы для ознакомления, парочка — из ГРУ, чуть меньше десятка — из КГБ. Достаточно много офицеров было из ракетных частей: сказались связи обоих команд. Был и своеобразный фильтр. Мы не хотели учить абы кого. Глупо не пользоваться знанием будущего. Нет смысла учить какого-нибудь прибалта или азербайджанца. Зачем тратить свои силы и ресурсы народа на обучение офицера, который через три года будет овощами на рынке торговать? Соответственно, выстроили и фильтр.