Алексей Рагорин - Ракетчики

Вдруг, ровный гул моторов сменился рваным чиханьем, рывками корпуса самолёта. Через пару минут, вообще — тишиной. По громкой связи на контакт вышел пилот: «Отказ обоих двигателей. Запустить заново вряд ли удастся. Скорее всего, нам залили некачественное топливо. Есть и вторая проблема: отказала рация. Мы над территорией Китая — наши нас пока что не сопровождают. Буду тянуть, сколько смогу, к границе. Она тут недалеко — километров 40. Посадка будет жёсткой: все пристегнитесь». Самолёт наш был не настолько большим, чтобы упасть камушком, но и не кукурузник — долго планировать не мог. Вопль пилота: «Вижу Амур, может, и дотянем», — последние его слова.

Самолёт летел уже метрах в 15-ти от земли. Спасительная река уже близко, нет! Крылья срезали пару верхушек деревьев. Внезапно перед носом самолёта пилот увидел высокое дерево. Штурвал влево — не слушается: скорость упала ниже критической. На этой мысли и оборвалась жизнь пилота: его насквозь пронзила довольно толстая ветка дерева. Дереву тоже пришлось несладко: верхушку срезало. Метров через сто самолёт хлюпнулся в реку. Был бы он герметичен — ещё долго можно было бы плавать на поверхности воды. Но — не судьба.

Тряхануло сильно, аж зубы клацнули. Что нужно делать теперь? Отстегиваемся, смотрим, что там с Натальей Сергеевной: немного испугана, белая вся, повреждений нет — нормально.

— Наташа — за мной.

Так, вода прибывает не очень быстро. То есть, у меня есть пара-тройка минут, а не десять секунд. Ищем что-нибудь полезное. Блин, я не летчик! В автомобиле хоть аптечка на видном месте лежит. Какой-нибудь бы аварийный комплект найти. Только где? Ладно, что есть ещё? Вынимаем кислородные маски. Зачем? ХЗ. Буфет, тут Наташа брала чашки и делала нам кофе. Ага, нормально, кофе в стеклянной банке, сахар кусочками, печенье в пакете запаянное. Кофе высыпаем нафиг, рафинад заталкиваем в банку, закрываем. Может, не пропитается? Печенье под руку. — Наташа, вы ноут свой взяли? Нет? Быстро берите! Теперь идите сюда, держитесь за эту ручку. Сейчас я открою дверь самолёта, вы выплывете. В сумку кладём банку и пакетик. Сумку не отпускайте. Вы плавать умеете?

— Д-д-да.

— Хорошо, ничего не бойтесь, вынырните, держитесь на воде, никуда не плывите. У меня есть в самолёте ещё одно дело, я потом вас догоню. Понятно? Поехали! — Открыл дверь. С трудом. Напор воды чуть с ног не сбил. Дождался замедления и вытолкал Наташу наружу. Самолёт ещё не погрузился вглубь.

— Отплывите в сторону, чтобы водоворотом не засосало!

Теперь ныряем, плывем к кабине пилота, дверь не заперта, не заклинена, открылась легко. Вот и наш пилот. Не паникуем, время есть. Снимаю его ремень с кобурой и пистолетом. Давай-ка, разую его. Вроде всё. Может, тут золото-брильянты есть, только видно плохо. Уходим. Вот и Наташа плавает. Ничё, нормально держится.

— Вы с сумкой справитесь?

— Я её через плечо продела, всё нормально.

— Плывем до ближнего берега.

Вышли мы на тот берег, где «подстригли» деревья. Смотрю на течение, думаю.

— Наташа, а ведь мы в очень неприятном положении. Вы не находите странным одновременный отказ двигателей и рации?

— Вы полагаете, была диверсия?

— Очень похоже. Причём, мы сейчас на китайском берегу.

— Вы намекаете, что сидеть и ждать помощи от китайцев будет опасно?

— Похоже, что так. Предлагаю пройти по урезу воды до тех камышей. Там выйдем на берег. Всё же больше шансов запутать следы, если за нами будет погоня с собаками.

Через три часа хода сделали привал.

— Юрий Григорьевич, мне ботинки пилота велики. Ещё такой час, и я натру водянки.

— Дайте глянуть. Ага, великоваты, это да. О! Придумал.

Я сделал из своей тельняшки две аккуратные портянки. Намотал на ноги Наташе.

— Как?

— Плотно, не болтается, так лучше. Благодарю.

— Ерунда. Рассказываю свои мысли. Скорее всего, это китайцы чё-то мутят. Корейцам толку с этого нет. Тем более что Северная Корея — очень не любит Америку. А вот в Китае есть пятая колонна. Да. Ладно. Тем более что отказы случились над китайской территорией. Теперь вариант номер два: россияне. Маловероятно, но возможно. Учитывая, что мы с вами оба — секретоносители высшей категории — попадать в руки врагам и их агентам нельзя ни в коем случае.

— Вы совершенно правы, Юрий Григорьевич.

— Вот, я и говорю. Если бы я был один, то просто переплыл бы Амур прямо тут. Насколько хорошо вы плаваете?

— В университете мы сдавали 400 метров на спине.