Анна Гурова - Черный Клан

— Что там у тебя так сияет в ящике? — спросил я с любопытством.

— Хочешь, посмотри, только не трогай.

Я осторожно подошел, заглянул в ящик и не удержался от изумленного возгласа.

В ящике висела в воздухе, дрожа и переливаясь, золотая восьмилучевая звезда. Дно ящика покрывала замысловатая градусная сетка, тоже выложенная золотыми нитями. Это была Роза Ветров — большая, с настенные часы.

— У Грега такая же! — вспомнил я. — Только на лбу.

— Это компас, — кивнула Лигейя. — Точно такой же, как у твоего воспитателя. Только у него — портативный, а у меня стационарный.

— И как им пользоваться? — Я во все глаза уставился на волшебное устройство. — Тут ведь даже не указаны стороны света?

В самом деле, имелась только сетка без всяких обозначений и подвижная золотая звезда над ней.

— Ты сама его сделала?

— Ну что ты! Этот компас уникален. Их создают только в одном мире, который так же далеко отстоит от вашего, как, допустим, драконы от динозавров. Заполучить такой предмет чрезвычайно сложно. Просто так его не купишь, деньги там не в ходу, и кому попало его не дадут. Для этого нужны особые заслуги… И навык обращения с ним…

— Почему у Грега он вживленный, а у тебя нет?

— Мне не нужно. — Лигейя протянула перед собой ладонь и задержала ее над дрожащей звездой, будто пытаясь увидеть ее кончиками пальцев. — Я вживила его в свой замок. Он часть меня. Разницы нет.

— А как ты выбираешь направление? Тут же ничего не написано!

— Зачем писать? Я и так все помню. Каждое положение стрелки, с точностью до доли градуса. Что касается выбора, тут я полностью в своей воле. Где-то я уже была, где-то нет. Где-то мне очень нравится, куда-то я второй раз не полечу. Миры ведь разные. Есть пустые и мертвые, есть такие, где только-только зарождается разумная жизнь, есть юные, есть древние, исследованные до самых корней и сами от себя уставшие… Есть даже миры, где вообще нет драконов. Таким, кстати, был ваш до недавнего времени. Относительно недавнего, конечно… Даже самые древние и опытные из рожденных в вашем мире драконов на самом деле еще совсем молоды…

Ладонь Лигейи мелко задрожала. Один из лучей Розы Ветров начал вытягиваться. Гладкая линза льдины затуманилась. Замок начал вдруг куда-то проваливаться, как скоростной лифт.

— Мы что, уже летим?!

Над головой зашумело. Облачные стены заколыхались…

— Не бойся, — услышал я сквозь нарастающий свист ветра. — Мы кое-куда слетаем… А потом — обещаю, немедленно отвезу тебя домой…

В тот же миг поднялся ветер. Сводчатый зал мгновенно превратился в хаотическое бурление туч. Пол качнуло. Я схватился за спинку кресла.

Мы летели.

Это был самый краткий и странный полет в моей жизни. Облака вдруг пришли в движение, словно замок угодил в эпицентр огромного смерча. Миг — и стены превратились в воющий, хаотический ураган. При этом ледяная платформа оставалась совершенно неподвижной. Я стискивал спинку кресла, борясь с тошнотой. Облака мелькали перед глазами, уши закладывало, желудок сжимался от ощущения, что происходит нечто опасное и неестественное. Как только я пытался закрыть глаза, так отчетливо понимал, что падаю с такой скоростью, будто меня затягивает в воздушную воронку; открывал — и начинало мутить от вида взбесившихся туч. Там снаружи, за невидимой стеной, бушевал безумный смерч, и сердце замирало от мысли, что пленка в любой миг прорвется, и этот ураган сметет нас с ледяного диска.

Полет прекратился так же неожиданно, как начался. Еще не успела вернуться моя фобия, как облака перестали клубиться, ветер стих, ощущение падения прекратилось. Лигейя, державшая руку над компасом, отступила на шаг и спокойно закрыла крышку. В замке сразу стало темно и очень тихо.

— Ну как ощущения?

Я выдавил улыбку:

— Как на скоростном лифте. За стенками что-то шуршит, гудит — в общем, происходит, — а ты стоишь как дурак и даже не понимаешь, куда едешь — вверх или вниз!

— А потом двери открываются — и все, ты приехал!

Лигейя засмеялась и включила маленькую настольную лампу под зеленым абажуром. Теплый свет озарил бумажный хаос на столе. Все остальное тут же потонуло во мраке и исчезло. Казалось, письменный стол сам по себе летит высоко в небе.

Я отпустил спинку кресла и перевел дыхание. Интересно, сколько секунд — или часов — длился перелет? Как я ни пытался, так и не смог даже приблизительно определить его длительность. Когда попытки стали вызывать немотивированный озноб, прекратил их.