Анна Гурова - Черный Клан

— Только без резких движений, — предупредил Анхель, закрывая за собой дверь.

На пороге кухни нас встретили две пушистые кошки, черная и трехцветная. Они сидели по обеим сторонам двери неподвижно, словно египетские изваяния, и таращились на нас немигающими желтыми глазами.

— Кис-кис-кис! — засюсюкала Драганка, тут же садясь на корточки и протягивая к ним руки. Кошки как по команде распушили хвосты трубой и принялись тереться о нее. Однако поглядывали при этом на меня, и взгляды эти были недобрые.

Словно прочитав мои мысли, травник сказал:

— Умницы мои, никого не пропустят! Кошки призраков и нелюдей сразу видят. Иллюзией их тоже не обманешь. Равно как и драконьей маскирующей магией. А самое любопытное — они чувствуют, с каким настроением и намерениями входит гость. У них такая эмпатия… Лучше только у Стоножки.

— У кого? — удивился я.

Драганка вдруг перестала гладить кошек и замерла, словно играя в «Море волнуется — раз!». Мимо нее бесшумно промелькнула серая тень — так быстро, что я даже моргнуть не успел. Тень, не сбавляя скорости, взбежала по вертикальной стене на потолок. Я наконец рассмотрел ее и окаменел.

— Извиняюсь, — буркнула Драганка, медленно выпрямляясь и бочком проходя к столу. — Никак не привыкну к этой твари.

Травник ухмыльнулся и отодвинул перед ней кресло.

— К-кто это? — выдавил я.

— Стоножка, — объяснил Анхель. — У меня много домашних зверюшек.

«Ни фига себе зверюшка!» — с содроганием подумал я, глядя на жуткое существо — что-то вроде сколопендры, только покрытой серой шерстью и длиной не меньше метра.

Вот тебе и кошка без лап…

— Алексей, что встал? Проходи к столу!

— Переходи на сторону зла! — насмешливо процитировала Драганка из дальнего угла. — У нас есть печеньки!

— Да, кстати, угощайся — овсяное печенье, сам напек…

Пока я устраивался в неудобном плетеном кресле, серая тварь непринужденно расположилась на потолке прямо надо мной. Аппетиту она, прямо сказать, не способствовала.

— Чайку?

— Можно просто водички? Что-то в горле пересохло…

— Не бойся Стоножки, мальчик, — невозмутимо сказал Анхель. — Не то она почует твой страх.

— И что тогда будет? — бодрым тоном спросил я, стараясь незаметно сдвинуться так, чтобы мерзость на потолке оказалась от меня как можно дальше.

— Она решит, что у тебя есть основания бояться.

— То есть, если я боюсь — значит, я, по определению, враг?

Травник блеснул зубастой улыбкой.

— Конечно. Чего бояться тому, у кого чистая совесть?

С потолка раздалось еле слышное шипение. Теперь я понимал, что с таким звуком при движении трутся друг о друга сегменты…

— Знаете, что-то мне не хочется чаю! — заявила Драганка, выскальзывая из-за стола.

Анхель не стал ее останавливать. Она перебралась в коридор, уселась прямо на полу и принялась возиться с кошками. Черная вилась вокруг нее вьюном. Трехцветная оказалась более сдержанной — потерлась о плечо девушки, грациозно вспрыгнула на стол (колдун не согнал ее) и уселась прямо ко мне на колени.

— Что это она? — удивился я.

— Это целебные кошки, — сказал травник. — Мои ассистенты. Пеструшка сама находит больные места и лечит их. Чернушка — диагност по магии. Порчам, сглазам и прочему…

Он посмотрел на меня из-под полуопущенных век. Мне на миг показалось, что его зеленоватые глаза слабо светятся.

— Вижу, у тебя превращение левого глаза протекает патологически. В будущем могут возникнуть проблемы.

— Какие? — спросил я, мимоходом изумившись — как он определил, что у меня с глазом, если я, как всегда, был в повязке?

— Останется только ночное зрение. Перестанешь видеть при дневном свете. А через год-полтора человеческий глаз вообще атрофируется… Хочешь, поправим?

— Прямо сейчас?

— После чая. Первый сеанс — бесплатно, — с усмешкой добавил он, заметив мои колебания.

— Нет, спасибо, — отказался я, деликатно спихивая кошку на пол. — Я уже как-то привык к этому неправильному глазу. Сроднился с ним.

Травник пожал плечами — дескать, не хочешь, не надо. Не то чтобы я совсем не поверил в его прогноз. Просто я еще не забыл, как эта рука с легкостью пролезла мне прямо в мозг, и больше такого допускать не собирался. И вообще, как говаривала моя бабушка: «Ничего не проси у колдуна — отдашь в десять раз больше!»

— А Стоножка что лечит? — сменил я тему.

— Она не лечит. У меня дома много ценных вещей. Если кто-то ухитрится проскочить мимо Вурдалака, то от Стоножки точно не уйдет, — пояснил колдун, любезно улыбаясь.