Kирa Стрeльникoва - Тайрен'эни

— Вы даёте добро на любые действия принцессы? — уточнила леди Клерал.

— Ну да, она же должна защищать Артефакт, — собеседница с недоумением посмотрела на тётю Кристен. — Но никто не должен знать, кто такая на самом деле Кристен Орнелис. Осторожность прежде всего.

Клерал на мгновение с облегчением прикрыла глаза — если бы было хоть одно возражение по поводу побега Кристен из дворца — ей бы пришлось там остаться. В какой-то мере, девушке повезло, что Райтон нашёл подобную страшную вещь, напрямую угрожавшую жизни Тайрен'эни. Только такая причина могла поколебать спокойствие и невозмутимость Неумирающих. Кроме всего прочего, равнодушие к Замку-Лабиринту, несмотря на появившиеся ловушки и отсутствие следов магии, говорило не в пользу жительниц Херим Амира, и они прекрасно это понимали.

— Но принц должен будет решить для себя, что важнее, власть, которую обещает талисман, или женитьба на принцессе, — задумчиво произнесла одна из женщин. — Потому что когда Кристен Орнелис исчезнет из дворца, у него будет два выбора: искать невесту или… или отправиться к Херим Амиру.

— Это его личные проблемы, — сухо оборвала собеседницу другая Неумирающая. — Если он не пойдёт за Артефактом, а будет искать Кристен Орнелис, тем лучше. Может, за это время Дополненный обруч потеряется, или захочет сменить хозяина.

— Всё равно придётся уничтожить эту вещь, — нахмурилась Клерал. — Вы не хуже меня понимаете, чем грозит пребывание в стране Дополненного предмета. В любом случае это означает угрозу Артефакту.

— Защищать Артефакт — обязанность Тайрен'эни. Пусть она думает об этой проблеме, Клерал. Ты услышала, что хотела, твоя племянница может делать всё, что хочет для спасения Артефакта и собственной жизни. Пока её действия не угрожают раскрытию тайны Тайрен'эни.

Не прощаясь, женщины развернулись и покинули светлую круглую площадку без крыши, окружённую белыми мраморными колоннами. Клерал, прежде чем выйти из Херим Амира, обернулась и взглянула на постамент посередине: на нём серой, аморфной массой неподвижно лежал Артефакт.

Кристен на подгибающихся ногах добралась до окна и посмотрела во двор, прикрывшись бархатной портьерой. Голова кружилась, в горле пересохло, а ослабевшие колени дрожали, но принцесса упорно не поддавалась чужому давлению, не слушала безликий шёпот, вливавшийся в сознание по ночам. Кристен сопротивлялась чужому предмету изо всех сил.

С момента отъезда Неумирающей прошла неделя. Райтон только один раз поинтересовался, почему во дворце не видно леди Клерал, на что получил раздражённый ответ принцессы — она не следит за Неумирающей, и если та сочла нужным уехать из дворца, значит, у неё были веские причины. Приготовления к свадьбе шли полным ходом, Кристен уже тошнило от бесконечных примерок и многочисленных списков, требующих её подписи. Она даже не пыталась выяснить, что знает Райтон о найденном в горах предмете, а в то крыло, где располагались его комнаты, она не то, что не ходила, не смотрела в сторону апартаментов принца.

В какой-то определённый момент Кристен показалось, что всё, происходящее вокруг — бред больного. К ней по-прежнему относились со всевозможным почтением и уважением, никто не выказывал ни малейшего пренебрежения. Любые её приказы и желания выполнялись незамедлительно. Рискнув однажды заняться делами в кабинете, Кристен обнаружила, что никто не чинит ей препятствий в управлении страной. Принцессе дали практически полную свободу, за исключением одного — она не могла выйти из дворца без сопровождения. А в самом дворце девушку никогда не оставляли в одиночестве, разве что в собственных апартаментах. Где бы она ни появилась, вокруг всегда находилась парочка придворных. "Свобода золотой клетки", — криво усмехалась она, проходя мимо замерших в реверансах и поклонах людей. Ей отчётливо дали понять, что если она будет себя хорошо вести, то жизнь у Кристен будет тоже лёгкая и приятная.

В данный момент она наблюдала приезд герцога Аллертона. Друг и правая рука Трейза Райтона, герцог только что вернулся с Рубежей, где стояли упорные жители Ферра, не желавшие отдавать свободу родного города. Прищурившись, принцесса пыталась разглядеть, кого же охраняет конвой из десяти мрачных воинов внушительной комплекции — не иначе, личный отряд Аллертона. Человек со связанными руками сидел, сгорбившись, на лошади, тёмные пряди давно не мытых волос свисали на лицо, не позволяя лучше разглядеть пленника. Когда-то белая рубашка была порвана в нескольких местах, кое-где темнели коричневые пятна засохшей крови.