Григорий Кузнецов - Дикий (СИ)

Как оказалось, пиратского капитана завалил его же помощник, тот собирался сопротивляться до последнего, и взорвать корабль при угрозе захвата.

У помощника же на этот счет, было другое мнение. В команде была женщина — врач, с которой они были очень близки, и он не хотел чтобы она погибла. Когда он понял что капитана не переубедить, то прибег к крайнему аргументу, после чего капитан уже не смог дискутировать.

Вот такая трогательная история, и помогла нам захватить приз практически целым, не считая движков. По крайней мере, хоть и медленно, но он сможет добраться своим ходом до нужного нам места. Капитан решил лететь на станцию, которую старая команда 'Гуся' считала своей базой.

Я после боя поинтересовался у пилота бота с нашего эсминца: — не стрёмно ли нападать на таких же бродяг как мы?

На что получил ответ: — что, по неписаным правилам это конечно не совсем гуд, но в данном случае, мы были в своем праве, этот черт, залез на нашу охотничью территорию, и если бы мы спустили это на тормозах, то наше реноме в глазах других пиратов могло понизиться.

Сутки мы переустанавливали двигатели. Выдернули разбитые, усилили поврежденный каркас, и переставили целый движок. Это нужно было для того чтобы корабль не тянуло в сторону, оба поврежденных двигателя находились с одной стороны. После провели юстировку, и когда добились приемлемого результата, отправились в путь.

Работать с моим новым комплексом, было одно удовольствие, у меня наверное была такая же довольная рожа, как и у гнома, когда он в первый раз эксплуатировал свой.

С новым техником, которого взяли на мое старое место я так и не познакомился, тот шаманил малые боевые корабли на рейдере, на трофее мы со стармехом работали вдвоем.

Мое расписание занятий оставалось прежним. Разбитые двигатели, и куски истребителей противника утащили на рейдер, к нам бы это не влезло. Так что курочить металлолом придется гному. А на трофей, отправили нового техника.

Я продолжал учить медицину, она хоть и была 3 ранга, но по объему тянула на два четвертых. По прикидкам должна доучиться как раз к прилету на станцию, нам до неё с подранком декады две лететь.

Время работы импланта реакции довел до 25 секунд, и не собирался на этом останавливаться, подключал его во время отработки ударов, укрепляя за одно и связки с мышцами, конечно были микро разрывы на них, после таких нагрузок, но медкапсула быстро все исправляла.

Неожиданно в лице пилота бота нашел интересного собеседника. Звали его Ред Бул. Я по первости, когда он представился, немного прикололся, спросив:

— Ну и как, окрыляет?

Тот сделал недоуменную рожу, и ответил:

— Я же не атмосферник.

Я сказал, что ладно проехали, дольше объяснять.

Так вот, с этим Ред Булом можно было обсудить не только кто кому засадил, и рейтинг бойцов чемпионата по троеборью, но и политические расклады в содружестве, и многие другие вопросы.

Он мне рассказал предысторию нашей команды.

Костяк команды состоял из бывших военнослужащих империи Артран.

Капитан корабля и стармех были с одной планеты, которая в течение 10 лет находилась под игом империи Авар. После её отбили Артранцы, шла большая война между этими двумя государствами. На освобожденной планете начали работать вербовочные пункты Артранской армии. Наш капитан в числе многих записался в ее ряды, чтобы мстить ненавистным рабовладельцам. Когда планета подверглась оккупации, ему на тот момент было шестнадцать лет, и парню пришлось испытать на себе, все те ужасы, что творили Аварцы.

Тем кто родился рабом в империи Авар, их политический строй казался нормой, тем более для тех, кто находился в рабстве не первое поколение, носителей памяти, о другой, свободной жизни, уже не было в живых.

И отношение к ним как к скотине, воспринималось как само собой разумеющееся. Тем более что доступ к информации по другим государствам Содружества был для них закрыт, если и просачивались какие либо сведенья, то сильно извращенные Имперской пропагандой.

Так что рабы в своем большинстве, были индифферентны к сложившемуся ходу вещей, и не помышляли о другой жизни, не имея альтернативы.

Только некоторые из рабов если о чем-то и сожалели, то только о том, что у них был плохой хозяин, который жестоко относиться к своей собственности.

Но даже на этот человеческий скот распространялись законы Содружества, о ценности жизни, так как формально они тоже являлись гражданами Содружества.