Марк Домаха - Полеты сквозь сон

Норис, когда король говорил о допущенной отступниками ошибки, покосился в мою сторону, но ничего не произнес, а на вопрос ответил.

— Да, мы десять дней в седле, а ты знаешь, как к этому относится Яркий. Я бы сам мог добраться намного раньше, но разве его можно ускорить. Но зато мы очень удачно прибыли, к самому началу схватки.

— Заходите оба в палатку. Я сейчас подойду. Кстати, Яркий ты там найдешь, то, что оставил, когда бросился за принцем. Одевай. Произнес король и улыбнулся.

Когда мы направились в палатку, у многих слышавших то, что сказал король, на лицах было прямо дикое удивление. А меня вообще провожали взглядом, как будто увидели живое привидение.

Палатка в середине была похожа на кабинет. В центре стоял круглый большой стол, а вдоль стен были расставлены топчаны, на одном из которых лежала «моя» чешуйчатая броня и оставленный мной меч. Я сразу же натянул ее на себя и подцепил меч. В палатке мы пробыли сами недолго, откинулся полог и нее вошел король в сопровождении командира королевской стражи. При этом я услышал окончания их разговора, который велся на языке драгов.

— Так, когда? Послышалось от командира стражи.

— Закончим с отступниками, вернемся в Марилан и тогда назначим точную дату, ответил король.

— Старейшины просят побыстрее.

— Чего это они такие нетерпеливые стали? Спросил король.

— Они думают, что он из светоносцев, им натерпится его увидеть.

А после этого он увидел, что мы смотрим на него и замолчал. А я стал его рассматривать, но ничего необычного не заметил.

— Рассказывай, как все случилось, приказал король Норису.

— По большому счету нечего рассказывать. Я в сопровождении Барозу и десяти гвардейцев поехал посмотреть найденные разведчиками схемы, так как скакать было далеко Яркого не взяли. По всей видимости это была заранее приготовленная западня. Кто-то точно знал, что я поеду смотреть, как только узнаю о этих схемах. Там нас ждали, около десятка магов отступников и столько же воинов. Помимо этого они использовали поглотитель. Так, что мы магией пользоваться не могли, а им он не мешал. Я пробовал применять магию, как мне показывал Яркий, но у меня так ничего и не получилось. Как меня захватили, я не помню, была схватка, а очнулся уже, когда меня вез Яркий. Только мы оказались глубоко в тылу отступников. Поэтому узнав дорогу, и двигались сюда так долго. Приехали как раз когда все выстроились перед боем, и наблюдали начало схватки.

Потом Норис скосил взгляд на меня, закончил.

— А потом произошел взрыв. Мы немного подождали и поехали сюда к стягу.

Король увидел его взгляд, брошенный на меня. Помолчав, обдумывая рассказанное Норисом, и задал вопрос мне.

— Сколько их было, отступников, когда ты их настиг?

— Шестеро.

— Что сделал?

— Убил. Ответил я, и снова от воспоминания меня затошнило, хотя когда проезжал по полю сражения, где были раскиданы кучи тел, некоторые даже разорванные взрывом, никаких синдромов тошноты не было.

— Магией?

— Нет, кинжалом. Ответил я.

— Поэтому от воспоминаний ты бледнеешь?

— Да.

— Что ж. у многих такое, при первых победах. Но при поражении противников магией тебе плохо не становится?

— Нет, ответил я.

— Это хорошо. С тобой Норис мы еще поговорим, а сейчас пошли наружу, нас уже заждались. Сюда, в палатку всех не вместишь, а обсудить надо многое.

Когда мы вышли, и стоящие у палатки увидели надетую на меня чешуйчатую броню, у них даже рты открылись, от удивления.

Началось обсуждение дальнейших действий по устранению отступников, я в беседе не участвовал, поэтому повернувшись к полю сражения, наблюдал за действиями на нем. Часть воинов была занята на сборе оружия, часть грузила трупы на телеги, которые потом куда-то увозились. Бои кончились, но движение на поле все еще было оживленным. И в центре этого «броуновского» движения сияла огромная воронка. Мне стало интересно, что так взрывается. Ведь той энергии, что дают жертвы не могло хватить на такой грандиозный взрыв. Значит здесь причина в чем-то другом. Возникло предположение, что это может быть следствием соединения энергий этого мира и того из которого призывали сущность. Как бы узнать, при взрыве они вернулись к себе, как рассказывал Барозу, или взрыв и им не оставил шансов сохраниться? От размышлений, меня отвлек тихий вопрос.

— Что, рассматриваешь дело своих рук.

Я резко развернулся, со злостью посмотрев на сказавшего это, стоящего рядом Нориса.