Геннадий Марченко - Выживший-3

- Хм, не думал, что где-то преступил закон... в последнее время.

- Жизнь - штука сложная, не зарекайтесь.

- Что ж, хоть в чём-то есть положительная сторона, - выдавил я из себя улыбку и следом выдал экспромт. - Кстати, недавно у меня появилась одна мыслишка... Не запустить ли на моём канале сериал про ФБР, называться будет что-то вроде 'Лас-Вегас - место преступления'. Или даже лучше 'Лос-Анджелес - место преступления'. Как вы на это смотрите?

- А что, хорошая затея. Особенно в свете того, что многие до сих пор неправильно воспринимают образ агента Бюро. А мы ведь делаем важное дело, очищая Америку от скверны. Оповестите нас, когда приметесь за дело, возможно, мы со своей стороны сможем вам помочь и словом, и делом. И да, прежде, чем мы с вами расстанемся... Не забывайте об ордере, он пока ещё действителен.

Вот же сука! И вновь пришлось бросать в бой всю силу воли, чтобы не размазать Гувера и его помощника по стене моего номера. Закрыв за незваными гостями дверь, я рухнул на кровать, раскинул в стороны руки и закрыл глаза. Минута за минутой прокручивал в памяти недавний разговор, вспоминая, где я мог сказать что-то не то, что могло бы пойти мне во вред. Да нет, вроде бы лишнего не сболтнул, тем более я почти всё время оставался в роли слушателя.

А теперь можно подвести итог сегодняшней встречи. О моих контактах с советской разведкой не было сказано ни слова, а это значит, что Гувер о них либо не знает, либо приберёг козырь в рукаве, чтобы достать его позже в удобный для себя момент. Мне хотелось верить в первый вариант. Второе - мою империю пока не национализируют, и это радует. Надеюсь, что заказы от Бюро не слишком испоганят наполнение моих теле и радиопрограмм, а мне удастся вставлять и свою явную и не очень агитацию. Понятно, что за коммунизм во всём мире ратовать в теле и радиоэфире я не собирался, мне это и самому на фиг было не надо. А вот пока идёт война с немцами - тут грех не попросить американцев о помощи. Один караван, пусть и небольшой, мы уже отправили, а сейчас можно отправить такой же, но я решил подождать ещё, чтобы снарядить в СССР хотя бы с десяток сухогрузов.

А что касается сериала о фэбээровцах - тут меня за язык никто не тянул, а теперь придётся выполнять взятое на себя обещание. Для начала через Стетсона - вот же Иуда! - попрошу Гувера выделить нам консультанта, к которому прикрепить пару, а лучше тройку сценаристов. Готовый сценарий буду просматривать лично, потом опять же придётся согласовывать либо с Толсоном, либо с Гувером. Придётся проконтролировать наём режиссёра и актерского состава, выступить в роли продюсера, чтобы не обременять лишний раз Уорнера, и так для меня сделавшего немало. Затем готовый материал с озвучкой снова нужно будет утверждать, скорее всего, лично у Гувера. То есть везти ему плёнку и демонстрировать в их же вашингтонском здании на Пенсильвания авеню, благо что, насколько я помнил из истории, там имелось много чего, включая кинозал. И везти, похоже, придётся самому. Как после этого остаться незапятнанным связями с ФБР?!!

Зато теперь мне стал ясен характер странных потрескиваний, когда я начинал с кем-либо общаться по телефону из своего номера. Посторонние шумы появились с месяц назад, тогда у меня не было конкретных подозрений, но на всякий случай важные звонки я начал делать с других аппаратов, желательно не из отеля, и не с территории своей телерадиокомпании или фабрики. Теперь я почти не сомневался относительно природы возникновения этих потрескиваний.

Ладно, к чёрту всё! Я поднялся, решив принять освежающий душ. Когда вешал сорочку на спинку стула, взгляд упал на лежавшую на столе визитку Мориса Берлина. Бизнесмену и его семейству предстоит ещё пробыть в моём отеле какое-то время, перед отъездом, пожалуй, озвучу своё согласие на покупку части компании 'Gibson'. А ещё не мешало бы сразу заняться поисками некоего Леса Пола . Именно ему, насколько я помнил, принадлежал тот самый знаменитый дизайн электрогитары. Был у меня в будущем дружок, повёрнутый на этом деле, так что я поневоле запомнил имя легендарного дизайнера музыкальных инструментов. Хотя, вполне вероятно, в это время Пол ещё слишком молод, чтобы создавать гитарные шедевры. Но, как говорится, попытка не пытка.

На следующий день, после утренней пробежки и лёгкого завтрака я сидел в офисе фабрики, а Стетсон как ни в чём ни бывало отчитывался передо мной о проделанной работе. Я смотрел в его глаза и не мог разглядеть в них ни капли стыда или раскаяния. Мда, стопроцентный американец! Просто бизнес, ничего личного. Или он и вправду насколько сильно верит, что, стуча на меня, приносит неоценимую пользу американскому обществу?