Андрей Расторгуев - Дети Велеса

– Зови меня Упырь, так проще. Да и я уже привык. – Стас усмехнулся, видя, как передёрнуло кочевника. Можно представить о чём тот подумал. – Так что там насчёт Скала?

Богбир выронил меч и без сил опустился на колени.

– Вторично сводит нас судьба, – пробормотал бесцветным голосом. – И оба раза я теряю своих людей. Теряю самым непостижимым образом. Ещё тогда я понял, что имею дело с чародеем. И чего не сиделось тебе в своём Уголовном Розыске? Скал говорил мне, что знает этот город. И таких как ты знает.

– Да ну? А ещё что сказал?

– Говорил, что тебе с ним не справиться. Он тоже чародей. И у него есть оружие, разящее громом, как у тебя. Очень скоро Скал будет здесь. Придёт с большим войском. Ему своих воинов дали многие скитские роды.

– Значит, всё-таки передовой отряд, – задумчиво протянул Стас. – А где дружины князя и Суматошского посадника?

– Там и сидят, в Суматошье. Где ж им ещё-то быть.

– Погоди, погоди… Получается, что Скал, не нападая на Суматошье, сразу пошёл сюда?

– А чего возиться с городом, где войск полным-полно. Трепутивель-то без них.

Да, не стоило князю тешить себя надеждой, что кочевники спокойно переждут зиму в Пограничной Крепости. Здесь явная промашка. Никто и подумать не мог, что скиты осмелятся разгуливать ночью, когда в стране безраздельно властвует нежить, пожирающая всё живое. Похоже, скитскому вождю удалось решить эту проблему и оградить своих воинов от нападок нечистой силы. Интересно как? Богбир сказал, что у Скала есть оружие с громом, и он знает об уголовном розыске. Неужели, ещё один землянин? Плохо. Чертовски плохо. Он уже объединил кочевников и втянул их в кровавую резню. Никакой моралью этот попаданец, похоже, не отягощён. Добился первого успеха и дальше пошёл по трупам, прямиком к вожделенной цели. Она очевидна – это власть.

Сколько зла натворил! Ой, то ли ещё будет… А ели догадается возглавить орды нежити? Даже представлять не хочется.

Пленный разоткровенничался, словно на исповеди. Думал, наверное, что пришёл его смертный час. Ну и преданно верил в неизбежную победу своего вождя. Это Стас понял по восхищённому рассказу о жизни в Пограничной Крепости.

Её, как выяснилось, тоже обложила нежить, доставляя кочевникам немало хлопот. Этой зимой нечисти в округе было на порядок больше обычного. Сам Богбир объяснял это чрезмерным скоплением народа на сравнительно малом клочке земли. Перед наступлением холодов большинство племён переселилось туда в надежде первыми занять обширные южные пастбища по весне, когда Скал пойдёт в новый наступательный поход. Всех собравшихся крепость вместить не могла. Многим пришлось осесть в окрестностях, разбив укреплённые лагеря, какие обычно строили для зимовья и защиты от нежити. Они в первую очередь и пострадали, не сумев сдержать неистовый напор набежавших волколаков.

Частые, непрекращающиеся налёты оборотней привели к массовому падёжу скота. Для животноводческого хозяйства скитов это, по сути, была катастрофа. Скал распорядился собрать разрозненные племена у крепости в один общий лагерь и оборонять его совместными усилиями. Не всем пришлась по нраву такая колхозная жизнь, но деваться некуда. Обстоятельства диктовали свои условия.

Под крепостными стенами вырос целый палаточный город, наскоро обнесённый высоким частоколом. После объединения удалось наладить эффективную оборону и сохранить оставшееся поголовье. Но люди продолжали гибнуть, защищая лагерь и крепость.

Куда просторнее было бы в Суматошье. Вождь отправлял туда отряд за отрядом, но ни один из них так и не вернулся. В итоге, взяв сотню воинов, поехал в разведку сам.

Вернулся, спустя три сполоха. Один и без коня. Всех удивило, как он смог пройти такое расстояние пешком, не угодив оборотням в когти. Молва приписывала Скалу искушённые знания чародейства, благодаря которым ему и удалось выжить. Как бы там ни было, вождь ни слова не сказал о том, что же с ним всё-таки приключилось. Зато, едва отдохнув с дороги, распорядился готовить поход на Трепутивель. Туда, мол, дружина князя так и не вернулась, по-прежнему сидя в Суматошье.

Сама мысль передвигаться зимней ночью через открытую местность была совершенно дикой для кочевников. Но безграничная вера в своего вождя в итоге победила. Конечно, кое-кто усомнился, что войско сможет пройти сквозь полчища нежити без колоссальных потерь. Сомневающиеся получили краткий ответ:

– Я с ними договорился.

Само собой, он устроил далеко не всех. По племенам ещё какое-то время бродили недовольные разговоры, сея зёрна сомнений. Лишь после того, как пару самых неугомонных крикунов, не в меру рьяно критикующих предстоящий поход, не нашли ни в крепости, ни за её пределами, такие разговоры поугасли. А ещё кочевников немало удивило поведение нежити, переставшей штурмовать людские укрепления и даже частью покинувшей занятую скитами территорию. Никогда такого не было, чтобы оборотни оставили в покое людей на облюбованных ими землях и ушли по доброй воле. Получалось, что Скал действительно заключил некий договор с тёмным воинством. Не даром же он чародей!