Андрей Расторгуев - Дети Велеса

– Такой вот сценарий. Скал основательно подготовился. Думаю, он учёл уроки штурма Пограничной Крепости, где упустил много беженцев и самого воеводу. Ему же неизвестно, что Суматошье никто не собирается оборонять.

– Значит, не стал зализывать раны, – задумчиво протянул Юнос. – Торопится… Но тогда можно попробовать справиться с ним малой кровью.

– Напасть на ту часть войска, что идёт с запада? – спросил Петрик с плохо скрываемым нетерпением.

Посадник ещё сомневался, верно ли он поступил, оставив город и его жителей. Возможно, теперь ему выпадает шанс исправить ошибку. Он защитит Суматошье, пусть даже ценой собственной жизни и жизни своих солдат. На то ведь они и солдаты, чтобы сражаться за правое дело, не щадя живота своего. На то ведь он и правитель, чтобы возглавить это сражение и, если потребуется, погибнуть вместе с дружиной.

Юнос молчал. По напряжённому лицу можно было понять, что ведун тщательно взвешивает все возможные варианты. Посадник терпеливо ждал. Сотники за его спиной беспокойно перешёптывались. Кажется, скажи сейчас Юнос «да», они тут же побегут командовать сбор.

Безумцы. Идти в атаку на превосходящие силы врага чистое самоубийство. Безусловно, это принесёт славу и дружине, и Петрику. Но лишь посмертную. Если за ними ещё и Юнос увяжется – а он это сделает, вне всякого сомнения, – то с мечтой вернуться на Землю можно смело попрощаться. По крайней мере, в ближайшее время. Если вообще останутся шансы.

Незаметно вернувшийся Башка тихо стоял в сторонке в обнимку с очередной охапкой дров. Испытывая те же опасения, что и Стас, он абсолютно не обращал внимания на тяготившие руку поленья. Вместе со всеми, затаив дыхание, ждал что скажет Юнос.

Ведун вдруг вскинул голову. В упор глядя на Петрика, прищурился, чётко проговорив:

– Нас давно покинул здравый смысл, посадник. Последнее время мы только и хотим, что умереть с честью, вовсе не думая о последствиях. Давай-ка лучше спросим стороннего человека. Тем более, он доказал, что способен мыслить здраво.

Все, как по команде, повернулись к Пырёву. В глазах немой вопрос.

Вот ведь… Нашли крайнего.

Вздохнув, Стас пожал плечами. Вряд ли кому-то здесь придётся по вкусу то, что собирается он сказать. Но, если уж так сильно их интересует его мнение… Почему бы не попытаться избежать никому не нужной, хотя и героической бойни. Коль скоро выпал такой шанс.

– Насколько я понимаю, вы не можете пока драться с армией Скала, – заговорил Пырёв тоном научного сотрудника, подводящего теоретическую базу под своё открытие. – Пусть даже только с её половиной. У кочевников большой численный перевес. Внезапностью их больше не взять. Идея разбить врага по частям, раз уж он сам разделил свои силы, конечно, хороша. Но не для такой маленькой дружины, как ваша. Этим ты, Петрик, сможешь только задержать кочевников, да и то ненадолго. Сам погибнешь и людей своих зря положишь. Бить скитов надо сообща, всей силой. Поэтому предлагаю продолжить наш поход в Трепутивель. А чтобы миновать наступающего врага, идти надо на юг.

В глазах Петрика постепенно угасала безумная жажда схватки. Хоть на берсерка перестал походить. Взгляд более-менее осмысленным сделался. Нервно трёт ладонь о рукоять меча. Голову опустил. Разочарован или наоборот, облегчение испытал? Досадует или упрямится? Пойми его…

– Ведун, ты сможешь дорогу сыскать? – не поднимая головы, едва слышно спросил посадник.

– Попробую. В деревне должно быть Капище.

– Есть Капище, – кивнул Борк. – Вокруг него и построены Выселки… Были, – добавил с горечью.

– В таких местах всегда сплетаются земные токи. Вдоль них обычно проходимые участки. Я отслежу путь на юг вплоть до следующего сплетения. Не знаю, правда, сколько времени уйдёт на это. Лучше начать прямо сейчас.

– Борк, проводи воеводу, – немедленно распорядился Петрик.

Седой сотник повернулся и зашагал прочь. Юнос поспешил за ним, на ходу застегивая подхваченный ремень с мечом. Когда они скрылись за пепелищем ближайших домов, Петрик вплотную приблизился к Стасу:

– Прошу простить меня, Капитан, за резкость, которую я позволил себе перед боем. Я высоко ценю твой опыт военачальника и впредь прошу не отказывать мне в совете, ежели посчитаешь мои действия неверными или неточными.

По всему было видно, насколько трудно дались посаднику эти слова. Но Стас привык уважать людей, признающих свои ошибки. Ведь как ни хорохорился Петрик, а всё равно избрал ту тактику боя, что подсказал Пырёв. Получается, разум возобладал-таки над спесивостью правителя.