Андрей Расторгуев - Дети Велеса

Подлил масло в огонь и Стас:

– А как же твои подруги, Башка? Они ведь понравились тебе. Их тоже бросим?

Не зная, что на это ответить, Аркаша молчал. И тут со стороны деревни донёсся пронзительный женский вопль. Так душераздирающе может кричать человек лишь перед лицом неминуемой гибели, причём гибели страшной и мучительной. Не сговариваясь, оба ведуна и Стас развернули коней и помчались к видневшимся между деревьями домам, на скаку выхватывая мечи. Следом, часто перебирая металлическими ногами, унёсся Медяник.

– Вы куда, идиоты?! – закричал им вдогонку Башка, пытаясь успокоить гарцевавшего под ним скакуна. – А-а, пропади оно всё пропадом!

Обнажив сабли, Аркаша пустил коня за быстро удалявшимися спинами товарищей, стараясь не терять их из виду.

Крик не умолкал, тревожной сиреной разлетаясь над лесом, давая возможность отыскать нужный дом без применения волшебного дара. Затих он лишь когда кони, гася набранную ими скорость, вспахали копытами дёрн у входной двери. Первым в дом вбежал Юнос и сразу остановился, замерев, как хищник перед прыжком, изогнувшись в боевой стойке. Затем из-за него появились остальные, обходя комнату по сторонам вдоль стен, держа оружие направленным на копошащееся возле кровати нечто. Люди видели только костлявую сгорбленную спину похожего на человека существа, склонившегося к безжизненному телу молодой женщины, подрагивавшей безвольно раскинутыми в стороны руками. Было похоже, что существо сосало кровь или выедало внутренности, смачно причмокивая ртом, впившимся в жертву где-то в районе шеи. В комнате висел запах свежей крови и тлена.

– Эй, урод! – позвал Стас. Хоть перед ним и была нечисть, пожирающая людей, бить её в спину он почему-то не хотел.

«Урод» перестал чавкать и резко повернулся на голос. Да, Стас не ошибся, назвав его именно так. Сгорбленное костлявое существо походило на обтянутый кожей скелет, прикрытый местами наполовину истлевшими лохмотьями. На лысом жёлто-зелёном черепе из глубоких темных провалов тускло светились красные глаза, между ними наполовину отсутствующий нос, а под ним широкая пасть, усеянная двумя частыми рядами длинных заострённых зубов. Не челюсти, а циркулярная пила. Рот и подбородок чудовища были перепачканы кровью. Существо потянуло свои уродливые руки к Стасу. Он успел заметить длинные узловатые пальцы, оканчивающиеся закругленными когтями, полюбоваться которыми не дал Михайлик. Подскочив сбоку, он своим широким мечом рубанул сверху вниз по рукам нечисти, отсекая их по самые плечи, и те синхронно шмякнулись на пол. Варяг в руке Стаса напряжённо гудел, требуя вонзить его в нежить. Сам не заметив, как это сделал, Пырёв по рукоять вогнал меч в худую впалую грудь врага и, глядя в затухающий огонь его глаз, произнёс прямо в оскаленную пасть:

– Не протягивай руки, а то протянешь ноги!

Голова нечисти вдруг отделилась от шеи, неуклюже упала и покатилась по полу. За существом стоял Митька, держа обеими руками свой меч, которым только что и снёс эту уродливую башку. Обезглавленный труп, перестав дергаться, рухнул рядом с отрубленными частями его же тела. Вынув из него клинок, Пырёв показал Митьке кулак:

– Поосторожнее своей железкой махай, а то и мне ненароком по голове съездишь.

Аркаша пнул недвижимое тело, убеждаясь, что оно не подает признаков жизни, вложил в ножны сабли, которые так и не пригодились, и с видом героя, только что в одиночку расправившегося со злым демоном, насмешливо произнёс:

– Ну, вот и всё, делов-то! А говорили: «Хопотун неуязвим, Хопотун силён, только плетью, только осью». Нате вам, сдох ваш Хопотун безо всяких ухищрений.

– Это не Хопотун, – вытирая клинок, спокойно проговорил Михайлик.

– Как не Хопотун? А кто тогда?

– Обычный упырь, мертвяк, сосущий кровь. Тупой и медлительный. Убивать их не сложно, особливо поодиночке. Они толпой только и сильны. А вот чего я в толк никак не возьму, почему это мертвяки днём по деревне шастают. Им зимой в самую пору бродить.

– Наверно, Хопотун постарался, – предположил Юнос, – помощников себе из земли поднял. Помните, местные про богов говорили? Не про одного какого-то бога, а про нескольких. Значит, Хопотун не в одиночку тут заправляет.

Стас, кивнув на мертвое тело, поинтересовался:

– И как часто они по одному кормиться ходят?

– Почти никогда, так с ними легко справиться можно… – Начав говорить, Юнос осёкся, поняв смысл заданного вопроса, встретился с многозначительным взглядом Пырёва и снова потянул из ножен спрятанный было меч.