Михаэль Энде - Момо

Голос смолк, но тут же заговорил другой:

– Ты знаешь, что мы сказали тебе правду. И мы сдержим свое обещание. А теперь веди нас к Мастеру Хора.

Момо пыталась заговорить. Холод почти лишил ее сознания. Наконец она выдавила из себя:

– Если бы я даже могла, я не сделала бы этого.

– Что это значит: если бы могла? – раздался откуда-то угрожающий голос. – Ты же можешь! Ты была у Мастера Хора, значит, ты знаешь дорогу!

– Я не найду ее снова, – прошептала Момо. – Я уже пыталась. Только Кассиопея знает ее.

– Кто это?

– Черепаха Мастера Хора.

– Где она?

Почти теряя сознание, Момо пробормотала:

– Она – со мной – вернулась – но – я ее – потеряла...

До слуха Момо – будто издалека – донесся взволнованный хаос голосов:

– Тревога! Тревога! Найти черепаху! Надо найти эту черепаху! Каждую черепаху надо проверить! Кассиопея должна быть найдена! Должна быть! Должна!..

Голоса смолкли. Стало тихо. Момо медленно приходила в себя. Одиноко стояла она посреди огромной площади, над которой еще веял холодный ветер, будто дул откуда-то из пустоты, – пепельно-серый ветер.

Сколько прошло времени, Момо не знала. Порой на башне били часы, но Момо их едва слышала. Тепло медленно возвращалось к ней. Она чувствовала себя парализованной и не могла принять решения.

Вернуться в старый амфитеатр и лечь спать? Сейчас, когда всякая надежда – для нее и ее друзей – раз и навсегда потеряна? Она теперь твердо знала, что никогда уже не будет так хорошо, как раньше... никогда...

Еще она боялась за Кассиопею. Что, если Серые господа найдут ее? Момо горько раскаивалась, что упомянула о черепахе.

«Может быть, Кассиопея давно у Мастера Хора, – утешала себя Момо. – Надеюсь, она меня больше не ищет. Это было бы счастьем – и для меня и для нее...»

В этот момент что-то нежно коснулось ее босой ноги. Момо испугалась, потом медленно нагнулась.

Перед ней сидела черепаха! В темноте засветились слова: «Я ОПЯТЬ ЗДЕСЬ!»

Момо бессознательно схватила черепаху и засунула ее под пиджак. Потом она встала, вглядываясь в темноту. Она боялась, что Серые господа еще здесь.

Но все было тихо.

Кассиопея шевельнулась под пиджаком, пытаясь высвободиться. Момо крепко прижала ее к себе, заглядывая под пиджак:

– Сиди, пожалуйста, тихо!

«ЧТО ЗА ГЛУПЫЕ ШУТКИ?» – засветилось на панцире.

– Нельзя, чтоб тебя видели, – шепнула ей Момо.

«НЕУЖЕЛИ ТЫ НЕ РАДУЕШЬСЯ?» – засветилось на панцире.

– Радуюсь! – сказала Момо, чуть но плача. – Радуюсь, Кассиопея, и еще как! – И она несколько раз поцеловала черепаху в нос.

Слова на панцире черепахи явственно покраснели, когда она ответила: «НУ ЗНАЕШЬ ЛИ!»

Момо улыбнулась.

– Ты все это время искала меня?

«КОНЕЧНО».

– А почему ты нашла меня именно сейчас и здесь?

«ЗНАЛА ЗАРАНЕЕ».

Значит, черепаха все это время искала ее, хотя знала, что не сразу найдет? Но тогда зачем было искать? Еще одна загадка Кассиопеи! Но сейчас, во всяком случае, не время искать отгадку.

Момо шепотом рассказала черепахе обо всем происшедшем за это время.

– Что нам теперь делать? – спросила она под конец.

Кассиопея внимательно слушала. На ее панцире появились слова: «ПОЙДЕМ К МАСТЕРУ ХОРА».

– Сейчас?! – в отчаянии крикнула Момо. – Но они же тебя везде ищут! Только здесь их нет! Не лучше ли нам остаться?

Но на панцире засветилось только: «Я ЗНАЮ, ИДЕМ».

– Прямо к ним в лапы? – в ужасе воскликнула Момо.

«МЫ НИКОГО НЕ ВСТРЕТИМ!» – ответила Кассиопея.

Если она так уверена, то можно на нее положиться, подумала Момо. Она опустила Кассиопею на землю. Но тут же вспомнила весь долгий мучительный путь, по которому они шли в прошлый раз, и вдруг почувствовала, что у нее не хватит на это сил.

– Иди одна, Кассиопея, – сказала она тихо, – я не могу больше. Иди одна и передай привет Мастеру Хора.

«ЭТО СОВСЕМ БЛИЗКО!» – стояло на спине Кассиопеи.

Прочитав ответ, Момо удивленно оглянулась. Мало-помалу она смутно осознала, что этот убогий и словно вымерший уголок города именно тот самый, из которого они вышли к белоснежным домам – на улицу со странным освещением. Если это так, то у нее, пожалуй, хватит сил добраться до Дома-Нигде.

– Хорошо, – сказала Момо. – Я пойду с тобой. Но разреши, я возьму тебя на руки, так быстрее дойдем.

«К СОЖАЛЕНИЮ, НЕТ», – прочитала Момо на панцире.

– Почему ты должна идти сама? – спросила Момо.

Ответ был загадочен: «ДОРОГА ВО МНЕ».