Пелам Вудхаус - Джим с Пиккадилли

– Да с какой стати вы тут живете, мистер Бейлисс?

– С такой, мисс Честер, что я в затруднительном финансовом положении. С такой, что наличные Бейлисса текут как водичка!

– Но… но… – Энн недоверчиво на него взглянула. – Так вы говорили тогда правду! А я думала, вы шутите! Я не сомневалась, что вы сможете устроиться на работу, когда захотите, а то вы не разводили бы цирка! Значит, вы ничего не можете подыскать?

– Искать-то я ищу, да только за поиски не платят. Я исходил множество районов, прыгал во множество машин, нырял в десятки лифтов, отпахивал десятки дверей с возгласом «Доброе утро!». Но мне отвечали, что работы для меня нет. Дни мои забиты, а вот бумажник…

В приливе сочувствия Энн начисто забыла о цели прихода.

– Ой, какой ужас! Какой кошмар! Я считала, вы что-нибудь подыщете!

– Я тоже так считал, пока работодатели Нью-Йорка не ответили мне отказом. Люди самых разных религиозных воззрений и политических взглядов, расходящиеся во мнении по сотням других пунктов, в этом проявили редкостное единодушие, правда, один раз я чуть не разбогател, когда меня взяли на работу. Демонстрировать патентованные зажимы для галстуков за десятку в неделю. Какое-то время сама Природа надрывалась криком: «Десятка! Десятка!» О, какое слово! Но в полдень, на второй день, меня уволили, и Природа сменила репертуар.

– Почему?

– Не моя вина. Судьба. Изобретение называлось «Зажим Клипстона». Приспособление такое, легче застегивать галстук. От меня требовалось, чтобы я стоял за стеклом витрины в рубашке и скрипел зубами, изображая зверские муки и ярость, когда я действую старомодным способом, и сиял блаженнейшими улыбками, застегивая галстук зажимом Клипстона. К несчастью, я все перепутал. Сиял, когда показывал прежний способ, и чуть не разрывался от ярости, демонстрируя зажим. Я никак не мог сообразить, отчего это толпа у витрины покатывается с хохоту, пока босс, случайно затесавшийся сбоку, возвращаясь из кафе, любезно не объяснил мне. Никакие оправдания не смогли убедить его, что я не нарочно потешаю публику. Жалко было терять работу, хотя, когда ты за стеклом, кажешься себе золотой рыбкой. А разговоры об увольнении снова приводят нас к Джерри Митчеллу.

– Ах, да наплевать мне теперь на Джерри…

– Напротив. Надо обсудить его случай и все вытекающие последствия. Тщательно и вдумчиво. Джерри рассказал мне все!

– То есть как? – Энн вздрогнула.

– Словечко «все» означает то, что случилось. Можете рассматривать меня как доверенное лицо. Одним словом, я в курсе.

– Вам известно?..

– То, что случилось. А это – разговорное выражение, обозначающее «все». Об Огдене. О вашем замысле. О заговоре. О предприятии.

Энн не нашлась что сказать.

– Я всецело «за». Я даже предлагаю вам помощь – возьмите меня вместо Джерри.

– Не понимаю…

– Помните, за ленчем, когда этот эксцентричный субъект принял меня за Джимми Крокера, вы мимоходом бросили: приди я в контору вашего дяди и заяви, будто я Джимми Крокер, меня примут без вопросов? Так я и намерен поступить. А потом, оказавшись на борту, то есть в вашем доме, я готов служить. Используйте меня в точности так, как хотели использовать Джерри.

– Но… но…

– Тоже мне, Джерри! Подумаешь! Неужели я не способен на то, что сумел бы он? Такой простодушный человек наверняка провалил бы затею на каком-то этапе. Знаю я его. Неплохой парень, но если требуется сообразительность, смекалка, тонкость – мертвец от шеи и выше. По-моему, вам повезло, что он выпал из игры. Люблю его как брата, но черепушка у него – слоновой кости. А вам нужен человек тактичный, разумный, проницательный, озаренный и одухотворенный… – Джимми выдержал паузу. – Одним словом – я!

– Нет, это нелепо! Об этом не может быть и речи!

– Да почему же? Ведь ясно, я очень похож на вашего Джимми, иначе тот тип в ресторане не обознался бы. Предоставьте все мне. Я справлюсь.

– И не подумаю…

– Завтра в девять утра, – твердо перебил Джимми, – я буду в конторе у Пэтта. Все решено.

Энн молчала, стараясь переварить эти мысли. Первое потрясение поулеглось. Затея на редкость отвечала ее характеру. Такую идею она могла бы выдвинуть и сама, приди та ей в голову. Резкое неприятие сменилось восторгом. Да, этот человек ей под стать!

– Если помните, на пароходе вы спросили меня, – продолжал Джимми, – авантюрная ли у меня душа. Вот я и представляю доказательства! Вы очень хвалили Америку как страну людей предприимчивых. Теперь я вижу, что вы правы.