Генри Хаггард - Братья

Годвин оглянулся и увидел, что на его постели также лежит одеяло, которое, конечно, принесли ночью, когда в этом высоком месте делалось холодно.

– Я слышал рассказы о зачарованных замках, – проговорил он. – И теперь, мне кажется, мы в волшебном дворце.

– Да, – согласился Вульф, – и до сих пор нам очень хорошо.

Они встали, оделись в свежее платье и накинули лучшие плащи, которые привезли с собой на мулах. Вскоре вошли закрытые покрывалами женщины и подали им вкусный завтрак. Окончив его, д'Арси знаками показали одной из служанок, что им нужны тряпки, которыми они могли бы почистить свои рыцарские доспехи, – братья не говорили ни слова по-арабски, помня совет Масуды делать вид, будто они не знают арабского языка. Служанка кивнула головой, ушла и скоро вернулась с другой прислужницей. Они принесли куски замши и какую-то пасту в кувшине, девушки уселись на пол, без просьбы братьев взяли кольчуги и стали так тереть их, что они заблестели, как серебро, братья же чистили свои шлемы, шпоры, щиты, мечи и кинжалы, а также точили лезвия камнем, который возили с собой для этой цели.

Работая, служанки тихо переговаривались между собой, и многое из их беседы братья поняли.

– Красавцы, – вздохнула одна из девушек, – вот бы нам достались такие красивые мужья…

– Да, – согласилась другая, – и, знаешь, эти рыцари до того похожи друг на друга, что, вероятно, они близнецы. Ну, которого же из них ты бы выбрала себе?

Долгое время девушки разговаривали, сравнивая Годвина и Вульфа, лица братьев сильно покраснели от смущения, и они стали неистово тереть щиты, чтобы объяснить свой румянец усталостью.

Наконец одна из служанок заметила:

– Жестоко поступила госпожа Масуда, заманив этих красивых птиц в сети нашего господина, лучше сделала бы она, если бы предупредила их.

– Масуда всегда была жестокой, – подтвердила другая, – и она ненавидит всех мужчин. Только мне думается, что если она полюбит кого-нибудь, то полюбит крепко, и, может быть, ее любовь будет для него хуже ненависти.

– А эти рыцари – шпионы? – спросила первая.

– Я думаю, – послышался ответ. – Глупые люди, они воображают, что можно шпионить в стране шпионов! Лучше, если бы они дрались, так как, вероятно, эти рыцари хорошо умеют сражаться. Что-то будет с ними?

– Думаю, то, что случается всегда: сначала они проведут время в удовольствиях, а потом, если для них не найдется дела, им предложат переменить веру или выпить кубок. Впрочем, если они окажутся людьми знатными, может быть, их посадят в тюрьму, чтобы взять за них выкуп. Да, да, жестоко поступила Масуда. Зачем она обманула их? Ведь, может быть, они мирные путешественники и просто хотели осмотреть наш город.

В эту минуту занавесь отодвинулась, и вошла сама Масуда. Она была одета в белое платье, и на ее груди с левой стороны краснела вышивка в виде кинжала. Ее длинные черные волосы падали на плечи, полураскрытые раздвинутым спереди покрывалом, которое спускалось у нее с головы. Еще никогда не казалась она д'Арси такой красивой.

– Привет вам, братья Питер и Джон, – обратилась к ним Масуда по-французски. – А разве это подходящее занятие для пилигримов? – прибавила она, указывая не мечи, которые они точили. Братья поклонились ей.

– Да, – ответил Вульф, – для пилигримов в этот святой город.

Девушки, чистившие кольчуги, тоже поклонились; казалось, в этом дворце Масуда была лицом важным. Она взяла одну из кольчуг и резко сказала:

– Плохо вычищено. Я думаю, вы лучше болтаете, чем работаете. Ну, ничего. Помогите этим рыцарям надеть их. Глупая! Это кольчуга сероглазого путника. Дай мне ее, я буду его оруженосцем, – и она вырвала кольчугу из рук служанки. Когда Масуда отвернулась, девушки переглянулись.

Братья полностью вооружились и накинули на себя плащи, Масуда одобрила:

– Теперь вы совсем похожи на пилигримов. Слушайте, у меня есть к вам дело. Господин, – и она нагнула голову так же, как и служанки, угадавшие, о ком она говорит, – через час примет вас, до тех пор, если вам угодно, мы погуляем по саду, который стоит посмотреть.

Д'Арси пошли за ней, и подле занавеси она шепнула им:

– Во имя любви к жизни, помните все, что я вам говорила, главное же о вине и кольце, – если вы впадете в сон от выпитых напитков, вас обыщут. Со мной говорите только о ничего не значащих вещах.

В галерее за занавесью стояли стражи в белых одеждах, вооруженные копьями; они безмолвно повернулись и пошли за братьями. Прежде всего д'Арси отправились в конюшню взглянуть на своих лошадей; заслышав их шаги, Огонь и Дым тихонько заржали. Лошади были в хорошем виде, и целое общество конюхов собралось вокруг них, обсуждая их стати и красоту; все низко поклонились братьям. Из конюшни д'Арси прошли в знаменитые сады, которые считались самыми роскошными на всем Востоке. И действительно, прекрасны были они, засаженные редкими деревьями, кустами и цветами. Между одетыми папоротником скалами вились ручейки и падали с высоких утесов в виде пенистых водопадов. Местами кедры бросали такую густую тень, что под их ветвями яркий день превращался в сумрак, открытая почва была, как ковром, покрыта цветами, которые наполняли воздух благоуханием. Повсюду красовались розы, мирты, деревья, увешанные великолепными плодами, со всех сторон неслось воркование голубей и пение множества птиц с яркими перьями, которые, как блистающие драгоценности, перепархивали с одной пальмы на другую.