Горацио Олджер - Юный капитан

– И я не хочу, чтобы ты нас покинул, Джек, – ответила она и обняла приемного сына, не обращая внимания на его насквозь мокрую одежду. – Но если этот человек действительно твой отец…

– Пусть он докажет!

– Ты не веришь его слову?

– Нет! И я не верю его глазам. Это тот самый человек, которого я встретил на мосту, и который обращался со мной как с рабом!

Мэрион прислушивалась к разговору, и на ее лице постепенно проступало выражение ужаса. Вдруг девушка бросилась к Джеку.

– Джек, это не может быть правдой, я не могу расстаться с тобой! – заплакала она.

– Не бойся, я и не собираюсь тебя покидать, Мэрион. Мы всегда были как брат и сестра и всегда ими останемся!

– Да, Джек, конечно, останемся!

Доктор Макки поднялся и с угрюмым видом подошел к Джеку.

– Правильно ли я понял, что ты ждешь от меня доказательств того, что я – твой отец? – жестко спросил он.

– Да, я хочу, чтобы вы доказали это, – ответил Джек, смелость которого перешла в отчаяние. – И пока вы не докажете это, я останусь здесь, если, конечно, миссис Риван позволит.

– Боженьки мои, что за дела! – послышался голос Бена, который топтался у веранды.

– Замолчи, бестолковый негр! – прикрикнул доктор, и Бен как по волшебству исчез. – Это довольно странная манера поведения по отношению к вновь обретенному отцу, Джек, – добавил доктор.

– Я не воспринимаю вас как отца.

– Ха! Значит, ты мне не веришь?

– Не верю, сэр. И пока вы не докажете свое право в суде, я останусь с леди, которая по-настоящему стала для меня матерью, – твердо ответил Джек.

За дерзким заявлением Джека о том, что он останется с миссис Риван, пока доктор Макки не докажет свое отцовство, последовала мертвая тишина.

– Замечательные манеры! – взмахнув рукой, прервал молчание офицер. – Просто потрясающие!

– Я свое слово сказал! – отрезал Джек. – Мама, я прав или нет? – и мальчик умоляюще взглянул на миссис Риван.

– Доктор Макки определенно должен доказать свое отцовское право, прежде чем я отдам тебя, Джек, – быстро ответила леди. – Видите ли, я усыновила его по закону, и для меня он такой же родной, как если бы на самом деле был рожден в нашей семье.

– Ну, гм-м, разумеется, ваше решение делает вам честь, мадам, – с фальшивым равнодушием ответил Макки. – Вы столько сделали для мальчика, и я благодарен вам так же, как и он. Когда я докажу свои права, я верну вам все деньги, которые вы на него потратили.

– Я не возьму ни цента, сэр.

– Я буду настаивать, мадам.

– Так вы богаты? – с любопытством поинтересовалась Мэрион.

– Да, мисс Риван, точнее, я стану богатым, как только мне удастся подтвердить свою личность. К настоящему моменту я добился немногого. Кстати говоря, моя фамилия вовсе не Макки.

– Как же вас зовут? – спросила миссис Риван.

– Я расскажу вам позже, когда предприму необходимые шаги для возвращения того огромного наследства, которое по праву должно принадлежать мне. Видите ли, когда я, так сказать, исчез почти одиннадцать лет назад, моя собственность перешла к дальним родственникам, которые не собираются ее отдавать; они намерены выдать меня за мошенника – по всей видимости, так же, как и вы.

– Я не утверждаю, что вы самозванец, доктор Макки, я просто очень сильно люблю Джека. А если он действительно ваш сын, я буду только рада, что мальчик тоже станет богат.

– Я не хочу быть богатым, я лучше останусь с вами, – быстро сказал Джек, искренне желая остаться.

– Твоя любовь к приемной матери делает тебе честь, – мягко заметил доктор.

– Она самая лучшая мама, как же мне ее не любить?

– Правда, сынок, правда. Странно только, что у тебя нет такого же теплого чувства ко мне, какое я испытываю к тебе.

– Вы для меня посторонний человек.

– Я уверен, твое отношение ко мне изменится. Я очень хочу, чтобы мой единственный сын полюбил меня.

Джек ничего не ответил на эти слова. Даже не посмотрев в сторону доктора Макки, мальчик бросил быстрый взгляд на миссис Риван и Мэрион и, не справившись с эмоциями, выскочил из комнаты, взбежал по лестнице и скрылся в своей спальне. Всё в той же мокрой одежде он в полном отчаянии упал на кровать.

– Я не хочу, чтобы этот человек стал моим отцом! – раз за разом повторял он, сжимая зубы и чуть не плача. – Не хочу! Он ни капельки не похож на человека, которого я смог бы полюбить! Ох, лучше бы я никогда с ним не встречался!

– Это невероятное потрясение и для Джека, и для всех нас, – сказала миссис Риван, когда мальчик скрылся.