Горацио Олджер - Юный капитан

Молодой человек глубоко вздохнул.

– Я умолкаю, тетя Элис, но я все-таки хотел бы поговорить о Мэрион. Она больше не ребенок, она – юная леди.

– Да, ей уже восемнадцать лет, – задумчиво ответила миссис Риван. – Но по мне, так она все еще ребенок.

– Ну ладно, – Сент-Джон хмыкнул. – Тетя, а в каком возрасте вы вышли замуж?

– Когда мне было восемнадцать.

– Тогда, тетя Элис, вас не должно удивлять, что я думаю о Мэрион как о своей будущей жене. Я искренне, от всего сердца люблю ее.

Однако миссис Риван была очень удивлена этим неожиданным заявлением.

– Как, Сент-Джон, ты хочешь жениться на этом ребенке? – воскликнула она.

– Почему нет? Ей уже восемнадцать.

– Да, но я не думаю, что ей уже пора замуж. А ты говорил об этом с самой Мэрион?

– Да, – помрачнев, медленно ответил он.

– И что же она ответила тебе?

– Ничего. Сказала, что я застал ее врасплох и что она не хочет сейчас это обсуждать.

Миссис Риван вздохнула с облегчением.

– Какая умная девочка. Она хоть раз давала тебе повод подумать, что влюблена в тебя?

– Думаю, это скоро произойдет. Я не льщу себе, тетя Элис, но считаю, что я хорош собой, и к тому же я – Риван!

– Но ты гораздо старше ее, Сент-Джон.

– Да, но мой возраст – это возраст молодого мужчины.

– Я не стала бы возражать, если бы была уверена, что она любит тебя. Но я ничего подобного не замечала.

– Вы передадите ей, что одобряете мое предложение?

Миссис Риван пожала плечами.

– Я не уверена, что одобряю его, – медленно ответила она.

– У вас есть причины мне не доверять? – обиженно поинтересовался молодой человек.

– Нет-нет, Сент-Джон. Но не торопи события. Оставь пока все как есть.

– Ну, если вы настаиваете, тетя Элис… – сказал он, потупившись.

– Я думаю, так будет лучше.

– Но все же, тетя Элис, а вдруг Мэрион влюбится в кого-нибудь еще?..

– Не думаю. В настоящее время война занимает ее больше всего остального. Если бы я только позволила, она бы немедленно ушла служить медсестрой.

– Не позволяйте ей, умоляю вас!

Миссис Риван с любопытством поглядела на племянника.

– Что так пугает тебя в этой войне, Сент-Джон?

– Пугает? Не то чтобы я боялся, – пробормотал он. – Я просто волнуюсь о дорогой и любимой Мэрион. Это было бы ужасно, если бы ей пришлось столкнуться с такими ужасами, как сцены сражений!

– Но многим приходится мириться с этими сценами. Война есть война, и нашу любимую страну необходимо поддержать в ее самый тяжелый час.

Молодой человек вздрогнул и побледнел, но тут же одернул себя.

– То, что вы говорите, тетя Элис, правда. Я хотел пойти на фронт, но моя мама категорически мне запретила. Она смертельно боится, что янки [12]разграбят нашу плантацию в мое отсутствие.

– А не думаешь ли ты, что мог бы предотвратить их появление здесь?

– Нет, но я… – Сент-Джон запнулся, – я могу защитить свою мать.

– Если бы ты ушел служить, она могла бы пожить здесь, у нас.

– Она хочет оставаться дома. Плантация ей очень дорога. Если враги разграбят ее, это разобьет ей сердце.

– И я не хотела бы, чтобы нашу плантацию разграбили. Но все же это единственный способ отбросить врагов – служить и сражаться с ними.

– Я полагаю, вы правы. И я тоже когда-нибудь пойду на фронт – когда мне удастся уговорить мать, – нехотя уступил Сент-Джон.

Он собрался снова заговорить о Мэрион, но тут увидел ее идущей вместе с Джеком. Вскоре ребята подошли к ним, и Мэрион поприветствовала Сент-Джона легким кивком.

– Мы катались на лодке, мама, – сказал Джек, поцеловав миссис Риван. – В заливе было так хорошо!

– Далеко плавали?

– Доплыли до дальнего пляжа. Мэрион сама гребла какое-то время.

– Надеюсь, вы хорошо провели время, – холодно сказал Сент-Джон, обращаясь к Мэрион.

– Отлично! – ответила девушка. – Джек – лучший гребец в округе.

– Ха! Ведь он всего лишь мальчишка! – фыркнул денди.

– Да, я всего лишь мальчишка, Сент-Джон, но, думаю, что гребу не хуже тебя, – вполне дружелюбно ответил Джек, хотя он, конечно, не забыл их встречу на дороге.

– Неужели?

– Да. Как-нибудь посоревнуемся. Если хочешь, выбирай лодки, я все равно тебя обгоню.

Миссис Риван весело рассмеялась.

– Уверена, Джек побьет тебя в гребле, Сент-Джон, – сказала она.

– Я не соревнуюсь с мальчишками, – презрительно ответил молодой человек.

– Я готов хоть прямо сейчас, – продолжал Джек. – Хотя я уже проплыл три или четыре мили.

– Ах, Джек, ты, наверное, уже устал, да и солнце припекает, – запротестовала миссис Риван, хотя про себя она обрадовалась тому, что мальчик может постоять за себя.