Александр Дюма - Сальватор

– Есть новости, – ответил Сальватор.

– Новости?

– Да. Их очень много!

– О, бог мой! – произнес, вздрагивая всем телом, молодой учитель.

– Ну, уж если вы сейчас начинаете дрожать, что же с вами будет потом?

– Говорите, друг мой! Говорите же!

Сальватор положил руку на плечо друга.

– Жюстен, – продолжил он, – если бы вам сказали: «Сегодня Мина стала свободной, сегодня Мина вырвана из плена, Мина может принадлежать вам. Но готовы ли вы из страха потерять ее все бросить, покинуть семью, друзей, родину?!», что бы вы на это ответили?

– Друг мой, я не смог бы ничего ответить, потому что умер бы от радости!

– Но для этого нет времени… Продолжим. А что, если я вам скажу: «Мина свободна, это так, но при условии, что вы незамедлительно уедете с ней и у вас не будет времени ни на то, чтобы выразить свое сожаление, ни попрощаться, ни оглянуться назад»?

Бедняга Жюстен уткнулся лицом в грудь друга и грустно ответил:

– Я не смог бы уехать, друг… Вы ведь прекрасно знаете, что уехать я не могу.

– Продолжим, – сказал Сальватор. – Возможно, есть способ все это уладить.

– О боже! – произнес Жюстен, воздевая руки.

– Чего желают больше всего на свете, – снова заговорил Сальватор, – ваши матушка и сестрица?

– Уехать, чтобы прожить до конца своих дней в той деревне, где они жили раньше, на том клочке земли, где они родились.

– Так вот, – сказал Сальватор. – Завтра они смогут туда уехать и жить там до самой смерти.

– Что это вы такое говорите, дорогой Сальватор?

– Я говорю, что неподалеку от вашей фермы должны быть какие-нибудь аккуратненькие домишки, крытые черепицей или соломой, которые очень хорошо вписываются в пейзаж, когда по вечерам видны из-за раздвигаемых ночным ветерком деревьев поднимающиеся к небу дымки из труб!

– О, Сальватор, их там около десятка!

– И сколько же стоит такой домик с садом в один арпан?

– Не знаю… Наверное, тысячи три-четыре.

Сальватор вынул из кармана четыре банкноты.

Жюстен следил за ним чуть дыша.

– Вот вам четыре тысячи франков, – сказал Сальватор. – А сколько им нужно будет денег на то, чтобы прилично жить в этом доме?

– О, благодаря экономии сестры и строгости в расходах матери пятисот франков в год будет более чем достаточно.

– Ваша матушка калека, дорогой мой Жюстен. А сестрица слаба здоровьем. Посему положим вместо пятисот франков тысячу.

– О, при наличии тысячи франков в год у них не только будет все необходимое, но еще и останутся деньги!

– Вот десять тысяч франков на десять лет, – сказал Сальватор, добавляя к четырем бумажкам еще десять банкнот.

– Друг мой!.. – вскричал сдавленным голосом Жюстен, хватая Сальватора за руку.

– Добавим еще тысячу франков на переезд, – продолжал тот, – получается пятнадцать тысяч франков… Положите эти деньги отдельно – они принадлежат вашей матушке.

Жюстен был бледен от радости и удивления.

– А теперь, – снова заговорил Сальватор, – перейдем к вам…

– Как, ко мне? – пробормотал Жюстен, дрожа от волнения всем телом.

– Естественно. Ведь с вашей матерью мы уже разобрались.

– Говорите, Сальватор, говорите скорее, не то я совсем потеряю рассудок, друг мой!

– Дорогой Жюстен, – сказал Сальватор, – сегодня ночью мы похитим Мину.

– Сегодня ночью… Мину… Мы похитим Мину? – вскричал Жюстен.

– Если только вы не будете против этого возражать…

– Я, возражать?.. Но куда же я повезу Мину?

– В Голландию…

– В Голландию?

– Где проживете с ней год, два, десять, если понадобится. До тех пор, пока не изменится настоящий порядок вещей и вы не сможете вернуться во Францию.

– Но для того, чтобы жить в Голландии, нужны деньги!

– Правильно, друг мой. Вот мы сейчас и посчитаем, сколько вам нужно денег.

Жюстен обхватил свою голову руками.

– О, дорогой Сальватор, посчитайте сами, – воскликнул он. – Я уже и сам не знаю, что говорю. Я даже не понимаю того, что говорите мне вы!

– Ну же! – продолжал Сальватор твердым голосом, отнимая руки Жюстена от головы. – Будьте мужчиной! И давайте в дни процветания сохраним в себе силы, которыми отличались в дни несчастий!

Жюстен сделал над собой усилие. Мышцы его перестали дрожать, глаза перестали бессмысленно блуждать, и он осмысленно взглянул на Сальватора. Он поднес носовой платок к покрытому потом лбу.

– Говорите, друг мой, – сказал он.

– Прикиньте, сколько вам будет нужно денег для того, чтобы жить с Миной за границей.

– С Миной?.. Но ведь Мина мне не жена! И значит, я не могу жить с ней!