Эрнест Сетон-Томпсон - Маленькие дикари

– Что же с ней сделалось? – спросил Гай, невольно заинтересовавшийся рассказом товарища. – Я бы на ее месте…

– Перестань соваться со своими глупостями! – осадил его Сэм. – Продолжай, Бобр.

– Землеройка, – продолжал рассказчик, – несмотря на раны, причиненные ей когтями хищника, сделала попытку спастись бегством. Сперва она стала прорывать проход через мягкую подстилку ястребиного гнезда, потом через гнездо сойки, пока не дошла до глиняного пола в гнезде дятла. Прорыть отвердевшую глину она не могла. Обессиленная, она упала здесь и вскоре умерла от недостатка воздуха. Всю эту историю я прочел по перьям разных птиц, которые нашлись в бывших гнездах, и по высохшему трупику злосчастной землеройки, – заключил юный наблюдатель.

– Да, твой рассказ интереснее моего, – проговорил с задумчивым видом Сэм.

– Подумаешь! – фыркнул Гай. – Одни догадки и ни капли храбрости! Лучше выслушайте меня, и тогда увидите…

– Хорошо, послушаем, – перебил его Сэм. – Только, смотри, ври поскладнее.

– Мне незачем врать! – обиделся Гай. – Ну, слушайте. Я отправился прямо, куда глаза глядят, и встретил большого сурка, который тащил ягненка, но мне было некогда с ним возиться. Потом я увидел ястреба, державшего в когтях большую курицу. Но он летел очень высоко и быстро, и я не стал стрелять в него, потому что боялся убить вместе с ним и курицу. Я шел дальше и дальше, встретил много белок и разных других мелких животных. Видел в стороне и крупных, например, несколько оленей и даже огромного медведя, но не хотел с ними возиться… Это было уже около Дауни, только в стороне, потому я и не зашел в город, а то принес бы вам какое-нибудь доказательство, что был там… Когда я возвращался назад и проходил мимо болота, в воздух поднялась целая стая куропаток и понеслась прямо на меня. Я, не будь глуп, натянул лук и пустил несколько стрел. Не знаю, сколько я убил, потому что все убитые попадали в болото, а достать их оттуда я, разумеется, не мог. Но одна из птиц упала с моей стрелой на краю болота… Вот! И теперь скажите по совести, кто из нас заслужил «гран ку»?

С этими словами он торжественно вытащил из-за пазухи обыкновенного цыпленка со свернутой набок головой и торчавшей в груди стрелой, всаженной, очевидно, потом руками.

Сэм и Ян дружно расхохотались.

– Так это, по-твоему, куропатка? – воскликнул сквозь смех Сэм. – Ну и хвастунишка же ты, Ястребиный Глаз. Даже врать толком не умеешь. Напрасно мы назвали тебя Ястребиным Глазом. Самое подходящее для тебя имя – «Хвастун». Надо будет предложить «великому совету»…

– Только попробуй! – угрожающе закричал Гай, и в его глазах сверкнул злой огонек. – И вообще, если вы мне не верите, я больше никогда к вам не приду!

Он схватил своего цыпленка и выбежал из типи, провожаемый громким смехом товарищей.

Но на другой день Гай снова явился. С него взяли торжественное обещание никогда больше не лгать и не хвастаться, и мир был опять восстановлен.

Билл Хеннард был сыном зажиточного поселенца. Унаследовав от отца большую ферму, он живо промотал наследство и из бездельника мало-помалу превратился в настоящего преступника, не раз сидевшего в тюрьме.

Это был сильный широкоплечий человек с неприятным лицом и грубым, осипшим от постоянного пьянства голосом. Его считали главным виновником всех местных краж. Люди шептались, что если бы не постоянное заступничество одного богатого человека, Билл давно бы сидел в тюрьме.

Как-то Билл, бывший под хмельком, проходил через лес Рафтена и наткнулся на поселение мальчиков. Он подошел к типи, когда Ян готовил возле него обед. Услышав шаги, мальчик с живостью обернулся, полагая, что это идет кто-то из его товарищей, но вместо них он увидел свирепого вида оборванца.

– А, ты никак обед готовишь? – спросил незнакомец неприятным голосом.

– Да, – ответил Ян, и сердце его сжалось от страха, когда он припомнил рассказы о ворах и бродягах.

– Ты что же, один здесь живешь? – продолжал незнакомец.

– Нет, с двумя товарищами… Но они ушли ненадолго и скоро вернутся.

– Гм!.. А что, они так же юны, как ты?

– Да, мы почти ровесники.

– А вот это очень хорошо!.. Ну-ка, живо тащи еду!

Но мальчик не двигался с места. Бродяга влепил ему затрещину и заорал:

– Оглох, щенок? Я научу тебя повиноваться!..

Ян хотел было спастись бегством, но бродяга в несколько прыжков догнал его, швырнул на землю и связал ноги мальчика веревкой так, что тот мог делать лишь самые маленькие шаги. Затем бандит схватил Яна за шиворот и насмешливо проговорил: