– Похоже на то.
Маркони показывает мне еле заметный шов, идущий ровно посередине внешней и внутренней граней металлического "браслета":
– Вот видишь, это две детали. Они точно подвижные, одна чуть-чуть уже другой, она должна входить внутрь, когда эту штуку сжимает палец. У нас таких пальцев нет, нам удобнее рукой.
Мой друг вкладывает пальцы в браслет и сжимает его . Вдруг в комнате начинает ощущаться какая-то вибрация воздуха и кресло, на котором только что сидел Маркони, еле заметно дергается, скрежетнув ножками по полу. Маркони отпускает ногу:
– Ого, что-то есть!
Он снова сжимает кисть с артефактом. Снова колыхание воздуха и скрежет ножек кресла. Я подхожу к креслу, которое так чутко реагирует на древний механизм. Пытаюсь подвинуть его, но это почему-то невозможно, оно стоит, как приклеенное к полу. Я говорю архитектору:
– Отпусти-ка руку.
Он отпускает. Я двигаю кресло теперь совершенно свободно. Маркони восклицает:
– Ага, понятно, эта штука как-то воздействует на предметы! Блокирует их, что ли? Извините, допотопные предки, но у нас таких колбасоподобных пальцев, как у вас нету. Нам и ладонью сжимать вполне ничего.
Архитектор держит "браслет" в руках в направлении к тому креслу, которое уже подавало признаки жизни. Снова сжимает руку, и кресло снова шаркает по паркету и заметно накреняется. Мой друг медленно начинает поднимать руку, и кресло, не обращая никакого внимания на законы тяготения, приподнимается над полом!
Маркони восклицает:
– Полезную, однако, вещь ты раздобыл! Так можно даже пианино двигать, не то, что кресло.
– Тяжело?
– Да вообще не чувствую никакой тяжести. Сама "баранка" тяжелая, а кресло, как воздушный шарик!
Архитектор шевелит рукой немного быстрее, потом еще быстрее. Кресло в воздухе повторяет его движения. Потом он как-то чересчур резко поворачивает кисть вверх и кресло, подпрыгнув до потолка, раздавливает лампочку в потолочном абажуре. Комната мгновенно погружается в темноту.
Секунду спустя раздается страшный стук рухнувшего с потолка на пол кресла. Я тихо говорю:
– Бедные соседи внизу! А если бы это было пианино?
– Ну тогда деревянные балки перекрытия дали бы трещину, – деловито отвечает мой друг. – А может, даже сломались бы. Смотри, какой сон у твоего приятеля! Мы мебель крушим, а он спит себе.
– Ага-ага. Может, включишь свет?
Маркони проходит к шкафу, отыскивает там новую лампочку, залезает на стол, опрокинув по дороге обе наши недопитые чашки с чаем, и вкручивает ее в безнадежно смятый абажур:
– Ладно, я все равно собирался новый абажур повесить.
Мы еще несколько раз повторяем наш опыт с перетаскиванием предметов. Результат один и тот же, второе кресло, стол с кофейными лужами на скатерти, даже шкаф с одеждой становятся невесомыми настолько, что даже сложно не разбить их о стену или потолок, перемещая их в воздухе и не чувствуя их веса. Я говорю другу:
– А что, если держать кресло этой штукой, и при этом сесть в него?
– Давай, попробуем, только аккуратно, пока нам полицию не вызвали.
Результат превосходит все ожидания. Сидя на кресле, я направляю "браслет" вниз, на себя, и сжимаю его. Тут же я чувствую в ногах какую-то еле уловимую дрожь. Возникает странное ощущение, что не кресло и не паркетный пол, а этот тускло поблескивающий предмет – единственная прочная опора в комнате. Я пытаюсь поднять браслет вверх, и приподнимаюсь над полом вместе с креслом! Слегка давлю его вперед, от себя, и кресло плавно и без всякой инерции подплывает вплотную к Маркони, он неожиданности вскочившему на ноги.
Наконец, вдоволь наигравшись мебелью, Маркони говорит:
– Теперь ясно, чем Голову двигали. Твоя девушка может быть тобой вполне довольна! Слушай, Давид, давай спать, а? Уже половина четвертого, я страшно устал, а ты, наверное, тем более.
– Моя девушка – это пока еще чересчур сильно сказано…
– И вот еще что: может, вам в полицию заявить?
– Не знаю, не знаю, надо подумать об этом.
– С другой стороны, если эти штуки попадут в нужные руки в нашем военном городке… ты бы хотел такого рывка прогресса?
– Ты имеешь в виду, что их разберут и древнюю технологию для производства нового вида оружия приспособят?
– Вот-вот.
– Нда, так и будет, скорее всего.
– А эти ребята вас со студентом будут искать в любом случае.
– Так нас же не видели в лицо.
– А вот это просто отлично. Значит у нас есть время подумать, что делать дальше.
– Слушай, а вторую штуковину испытать? Давай? Ведь страшно интересно же!
Читать дальше