Роман Воликов - Тень правителей

Алка вернулась домой совсем в ночи. Вдвоем с отцом они сходили в магазин, купили продуктов, лекарств в аптеке, Алка сделала у него в квартире уборку и постирушки.

– Папа, ты только не пей! – сказала Алка. – Я тебе приеду обязательно через несколько дней.

– Ладно, дочка, – сказал папа. – Обещаю…

Мать уже спала. Алка пожевала на кухне холодных котлет с гречкой и решила проверить почту.

– Уважаемая Алла Владимировна! – прочитала она. – Вы прошли предварительный отбор по конкурсу вакансий. Для окончательного решения приглашаем Вас на собеседование 23 апреля в 10.00 утра по адресу…

Внизу стояло название банка, в котором когда-то работал её отец.

«Вот теперь я буду ходить в театр регулярно, – первый камешек уверенно лёг в основание ещё не вполне сформировавшегося плана, когда утром, почистив зубы, Алка рассматривала в зеркале свою миловидную мордашку. – Не боги горшки обжигают…»

– Ты чего такая веселая? – спросила мать за завтраком. – Случилось что?

– Весна, мама, весна, – сказала Алка. – Ну, я побежала, а то дел много.

– Давай-давай… – сказала ей мать вдогонку.

На следующий вечер Алка встретилась в кафешке с Андреем и как бы невзначай спросила: – А когда снова в театр пойдем?

– Не знаю, – сказал Андрей. – Ты что-то конкретное хочешь посмотреть?

– Да, – сказала Алка и назвала несколько спектаклей, отобранных в результате тщательного анализа столичной афиши и опубликованных в интернете рецензий.

– Интересный набор, – сказал Андрей. – Просто помесь негра с мотоциклом. Психологические детективы и легкомысленные комедии. Колись, чего задумала?

– Ничего я не задумала, – легко и не напрягаясь, соврала Алка. – К нам дальняя родственница приезжала, из Петербурга. Вот она посоветовала.

– Своеобразная родственница, – сказал Андрей.

– Билеты давай впополаме покупать, – сказала Алка.

– Да с деньгами сейчас нет проблем, – Андрей работал частным «мастером на час». – У меня весенне-летний период самый сенокос, или, как говорят господа актёры, «чёс». Все приличные мастеровые в отпуска сваливают. Но что-то ты хитришь…

– Ну, Андрей… – капризно протянула Алка.

Откуда что бралось, Алка сама себе удивлялась. Через месяц после принятия на работу, она бойко орудовала в операционном зале банка, заслужив репутацию самой сообразительной сотрудницы. В трудовом коллективе у неё сложились ровные дружеские отношения, в обеденный перерыв она с удовольствием, но в меру кокетничала с людьми из службы безопасности, задавшись целью выяснить, не связывают ли они её фамилию с отцом. Выяснилось, что вместе с отцом из банка было уволено множество людей, в том числе весь прежний состав безопасников. Она улыбалась и вспоминала фразу из спектакля про авантюристов, на который её сводил Андрей: «В нашем паскудном деле главное это ангельское терпение!» Правда, какое у неё паскудное дело, Алка сама ещё толком не понимала.

С отцом было сложнее. Пить он прекратил, или, во всяком случае, стал значительно меньше. В середине лета, окончательно оставив надежду устроиться по специальности, нанялся на работу в такси. Получал там гроши и уставал как чёрт. Когда Алка приезжала к нему, папа обычно сидел на кухне и хмуро и неподвижно смотрел в окно.

– Может, мне в деревню уехать, – однажды сказал он. – Буду у Ваньки батрачить. Там хотя бы свежий воздух…

Дядя Ваня, папин двоюродный брат, имел в Калужской области необъятное хозяйство, состоящее из кошки, собаки, десятка облезлых куриц и самогонного аппарата, у которого, сколько Алка его помнила, в основном, и проводил время.

– Папа, не хандри! – сказала Алка. – Подожди немного, всё образуется.

Отцу она ни разу не обмолвилась, где теперь работает.

– Ты отца давно не видела? – спросила мать. – Что-то я ему несколько раз звонила, телефон выключен. Поменял, что ли?

– Вроде прежний, – спокойно сказала Алка. – Он в деревню собирался.

– Ханурик Ваня ему достойную компанию составит, – сказала мать. – Ладно, по осени позвоню.

Они сидели с Андреем в кафе, она замотанная после работы, он какой-то напряжённый. Разговор не клеился.

– Я просто чувствую себя гидом-экскурсоводом, – сказал Андрей. – Это не современно: не спать с мужчиной, с которым регулярно встречаешься.

– Ты торопишь события, – сказала Алка. – Ты мне очень нравишься, но во мне что-то должно ёкнуть. Я не знаю, что, но я знаю, что мой мужчина должен быть единственным в жизни.

– Ёкнуть? – сказал Андрей. – Интересное определение. Это всё максимализм, свойственный молодости.