LoTuSpirit - Первые шаги - самые трудные

А вот дальше у меня вообще случился разрыв шаблонов.

Вот чего-чего не ожидал, так это таких заумных речей со стороны дочери Минато. По всей деревне ходят легенды о ее мстительном, вредном и бойком характере, но мелкая пакостница оказалась не так проста, как казалась на первый взгляд и продемонстрировала прекрасный уровень подготовки, который достоин звания чунина уже сейчас. Прав был Какаши, когда консультировал меня по поводу моей новой головной боли, чтобы я отнесся внимательней к мелкой блондинке. Интересно, почему сам Хатаке, ничего подобного не докладывал? Почему умолчал?

Вместо того чтобы просто накричать на брата с сестрой и уйти, девочка принялась проверять уровень их навыков. Методично и явно со знанием дела она выясняла уровень боевой подготовки своих напарников, но когда те услышали ее мнение на их счет и возмутились, Наруко, с постным выражением на лице, рассказала о своей жизни в Конохе и шагах, которые она предприняла чтобы вырваться из круга ненависти и презрения. И вот тут я сам выпал в осадок. Почему Хокаге ничего не сделал!? Почему девочка терпела такие издевательства!? Он что, на старости лет в маразм впал!?

Огорошив сокомандников и предложив свою помощь в тренировках, Наруко принялась за новый виток издевательств над Шарадой и Мио. Двадцать кругов по полигону. Пятьдесят отжиманий и сотня приседаний. Пресс. Подтягивание. Опять бег по кругу, а потом, усложненные упражнения типа бабочки и мельницы. Пара продержалась четыре часа, что было очень даже неплохо, однако на фоне Наруко брат с сестрой выглядели бледно. Девочка даже не вспотела. Ужас! Какими же нагрузкам она себя подвергала!?

Выслушав известие о том, что пройденные близнецами мучения для нее ничего не значат, брат с сестрой вырубились от усталости и весьма мило свалились на сидевшую между ними Наруко, использовав ее ноги как подушки. Первые мгновения я с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться от вида озадаченно-милого выражения на лице сурового блондинистого тренера. Удостоверившись, что близнецы в отключке, девочка достала из подсумка какие-то печати и разместила их на спинах напарников. Присмотревшись к спине Шарады, я с удивлением узнал стандартную печать обогрева. И где только раздобыть умудрилась?

Потом она достала еще две печати и разместив их на головах брата с сестрой, положила сверху руки. Спустя секунду, под ладонями заструился приятный глазу зеленоватый свет. Это что еще за...!? Никогда не видел, чтобы запечатывали медицинскую чакру! Где она нашла такое!? Даже в АНБУ такого нет! Надо бы не забыть расспросить ее об этих печатях!

Трое детей разместились под кроной большого дерева. Двое похожих как две капли воды подростков мирно спят на коленях светловолосой демоницы и страшилки нашей деревни. Сама Акума с задумчиво-умиротворенным выражением на лице, смотрит вдаль и неосознанно перебирает пальцами длинные волосы своих подопечных. Внезапно Наруко принялась, что-то тихо напевать себе под нос, но спустя пару секунд над поляной разнесся неожиданно приятный и мелодичный голос. Это стало для меня новым шоком. Оторва, не признающая ни авторитетов, ни законы, пела…

В краю средь гор и цветущих долин,

текла река, исчезая в дали,

прекрасней не было страны,

где рождались баллады и сны.

В дорогу звал глас таинственных гор,

три сына там покидали свой дом,

один был горд, другой упрям,

а третий был сердцем смирен.

Слова отца были грусти полны,

"любви моей выросли как цветы,

что ждет вас там, в чужих краях,

да хранит вас молитва моя".

И звучало в ответ,

эхо горных вершин,

сохраните богатство души

и любви нескончаемый свет.

Прошли года, затерялись в дали,

в краю средь гор и цветущих долин,

встречал отец своих детей,

после долгих разлук и скорбей.

И первый сын возвратился домой,

"Гордись отец, я великий герой,

вся власть моя и в этом суть,

на крови я построил свой путь"

Второй привез золотые дары,

"Смотри отец, я могу все миры

купить продать и слезы всех,

превратить в серебро и успех"

И звучало в ответ,

эхо горных вершин,

разменяли богатство души,

ради славы и блеска монет.

А третий сын на коленях стоял,

"Прости отец, я великим не стал,

смиренным был, врагов прощал"

А отец с теплотой отвечал.

"Душа твоя и добра и чиста,

и пусть богат ты и знатен не стал,

но ты хранил любовь мою,

я тебе свой престол отдаю"

И звучало в ответ,