Raven912 - Школьный демон. Третий курс

Сейлина еще раз поднесла Знак к стене. Вырезанное на стене изображение по-прежнему казалось грубоватым… но уже не выглядело насмешкой и пародией.

— Хорошо, — кивнула Сейлина, наполняя душу Локхарта счастьем.

Она поднесла руку к творению Гилдерой, и Знак вспыхнул тем же огнем, которым горел символ над ее рукой, и выдвинулся вперед. Теперь Знак парил возле стены, освещая всю камеру, а за ним, на стене оставалась черная точка. Гилдерой был счастлив. Его идеал похвалила его. Она проявила внимание. Она…

Точка за Знаком стремительно разрослась, закрывая грубую, неровную поверхность стены зеркальной плоскостью, и оттуда, из-за Тьмы в камеру шагнул мужчина. Огромный настолько, что под высоченные четырехярдовые* потолки камеры ему пришлось серьезно пригибаться. Хрупкая, невысокая Сейлина была вошедшему чуть ниже пояса. Пришелец был закован в пурпурные, украшенные золотой росписью и шелковыми лентами доспехи. Торчащие штифты на нагрудной бронеплите указывали место, с которого в давние времена было сорвано какое-то украшение. Шлем вошедшего был пристегнут к поясу, и не скрывал мужественного лица. Даже шрам от давней раны смотрелся на нем штрихом, придающем законченность скульптурной композиции.

/*Прим. автора: 4 ярда — 3,6576 м*/

Сейлина подпрыгнула. Вошедший легко поймал ее и поднес у своему лицу. Парочка принялась страстно целоваться. Этого Локхарт не выдержал…

Гилдерой вскочил с подстилки, положенной каждому заключенному Азкабана и бросился вперед. На периферии его зрения мелькнула решетка с застывшим перед ней дементором, но для одержимого ревностью бывшего профессора, а ныне — дебошира и тюремного сидельца Локхарта это не имело никакого значения. Он летел вперед, чтобы вырвать свою любовь из рук этого…

Стена возникла перед носом ревнивца совершенно неожиданно. «Я же сплю!» мелькнуло с затуманенном сознании. Удар! И темнота милостиво укрыла истерзанный ревностью и похотью разум. Кровь Локхарта хлынула из рассеченной брови на странные царапины на стене, скрывая, и одновременно — активируя Знак.

* * *

— Ну и зачем? — обратилась я к Сейлине, откидываясь на теплые и шершавые чешуйки василиска. Созданное видение на грани между сном и реальностью потребовало от всех нас значительного расхода сил.

— Что — «зачем»? — с невиннейшим видом спросила меня профессор Трогар.

— Зачем было так издеваться над убогим? Он ведь действительно…

— Хочет меня поиметь? Действительно хочет, — злобно усмехнулась Сейлина. — А к его видениям после прорисовки Знака я не имею никакого отношения. Это дементор подобрался.

— Нда? — Мори приподнялся с сиденья, которое ему организовал Хаашес, и обнял меня, — а откуда это «подобравшийся дементор» знает, как выглядят доспехи Детей императора? Да еще и с точностью до штифтов от сорванной аквиллы, говорящих, что перед нами — Астартес, участвовавший в Великом крестовом походе и Ереси Хоруса?

— Ну… — Сейлина смущенно потупилась. — Да! Я подправила видения… но только для того, чтобы все было правильно. Так, как должно быть. А то у этого недоумка криворукого… даже Знак не мог правильно начертить — все равно править пришлось, и кошмары какие-то грубые и несовершенные. В конце концов, это просто оскорбительно! Да и реальная кровь лучше активировала Знак, чем видение крови…

— С этим — не поспоришь… — «умыл руки» Мори.

Меня же захватило новое видение.

* * *

Небольшой и не слишком уютный домик. Повсюду, на всех горизонтальных поверхностях уверенно разлеглись самые разнообразные коты и кошки. Пожилая женщина сидит в кресле-качалке, у нее на коленях — особенно крупных кот, которого она ласково поглаживает.

— Арабелла! — раздается голос из камина. — Я вхожу.

Сидящая в кресле поднимает голову.

— Входи, Альбус.

Из камина элегантно выходит Дамблдор.

— Арабелла, скажи мне, пожалуйста, не заходил ли к Дурслям священник? -вежливо спрашивает директор, устраиваясь у окна.

— Не, не заходил… или… А может и заходил. Серый такой весь, неприметный. С трудом вспомнила. Точно. Был. И не один раз, — вспоминает старушка.

— Так какого ты мне об этом не доложила?! — вспыхивает директор Хогвартса.

— А о чем докладывать? Дурсли у нас — семья отхо… орхо… орходаксальныя. Вот. Волшебствования всякого — пуще огня боятся. Вот, небось, и пригласили священника, чтобы бесов из Гаррички нашего повыгнал. Да только не справился священник, вот и звали его раз за разом…