Raven912 - Школьный демон. Третий курс

— Добро пожаловать! — произнес Дамблдор. Пламя свечей мерцало на его бороде. — Добро пожаловать — на новый учебный год в Хогвартс! Я должен обсудить с вами несколько вопросов, и поскольку один из них очень серьезен, думаю, будет лучше, если с него я и начну, перед тем, как мы приступим к нашему пиру… — Дамблдор откашлялся и продолжил: — Как вы все уже знаете после досмотра в Хогвартском экспрессе, в нашей школе будут находиться дементоры из Азкабана. Они здесь по распоряжению Министерства магии.

Гарри хмыкнул, и этот хмык отчетливо прозвучал в общем пространстве Меток. О том, как «активно» директор сопротивлялся решению министерства, Гарри нам уже рассказывал.

— Они установили вахту на всех входах в Хогвартс, — продолжал Дамблдор, — и пока они здесь, я запрещаю покидать территорию школы без разрешения. Дементоров невозможно обмануть фокусами или переодеванием — и даже мантиями-невидимками. Кроме того, я не думаю, что у многих из вас под рукой в нужный момент окажется ошейник, откованным Вечным Врагом…

В этот момент директор со значением посмотрел на Гарри. По рядам школьников пробежали шепотки. «Вечный враг», «Поттер» и «ошейник» склонялись на разные лады и в любых сочетаниях. Вот ни за что не поверю, что директор не мог предусмотреть такого результата своей речи. Видимо, популярность Мальчика-который-Выжил достигла некоего критического уровня, и ее решено было слегка подсбить.

— Так же должен сообщить… — взгляд директора стал особенно добрым, — что в этом году, впервые за все время существования школы, ее посетит эмиссар Святого престола.

Большой простор для добрых дел

Экстерминатус — не предел

Он очень скоро будет тут

Скажите: как его зовут?

Насмешливая песенка струилась между нашими Метками, неслышимо для других.

Ин! Кви! Зи! Тор!

Двери Большого зала распахнулись и на пороге показалась фигура в серой рясе. Просторная одежда не могла скрыть хищной грации движений вошедшего. Серые глаза быстро обежали весь зал.

— Отец Себастьян. Встречайте! — закончил свою речь Дамблдор.

Агенты Святого Престола среди магглорожденных давно сообщили о «точке связи» обычного мира и скрывающихся магов. Да и скрывались волшебники не слишком-то усердно. Статут, конечно, еще соблюдался, но вот маскировочные заклятья, которыми прежние маги укрывали свои жилища от инквизиторов былых времен — давно уже рассеялись. Так что никто не обратил внимания на незнакомого человека в длинном плаще, зашедшего в «Дырявый котел» с улицы. Раз зашел — значит не маггл, значит «право имеет». А уж как пользоваться камином нам давно и в подробностях объяснили. Правда, как выяснилось, рассказ о способе путешествия, и практический опыт — вещи все-таки серьезно разные. Так что из камина в «Трех метлах» я вылетел кувырком и весь в саже, порадовавшись длинному плащу с капюшоном, который успешно защитил меня от появления «боевой раскраски», пусть и ценой собственного существования: отстирать его после такого будет весьма проблематично.

Но неприятности путешествия полностью сгладились, когда я увидел выражение лица хозяйки «Трех метел». Сняв плащ и оставшись в привычной и удобной серой рясе, я широко благословил «дом, и всех обитающих в нем». В конце концов, в нашем ордене давно уже канула в небытие ненависть тех времен, когда гордыня обуяла могущественные магические кланы, а фанатизм застил глаза наших братьев — последователей святого Игнатия Лойолы.

В пабе, на верхнем этаже, что-то громко хрустнуло и грохнуло.

— Прошу прощения, — обратился я к хозяйке, — но хранить в доме проклятые вещи — не полезно для здоровья.

— Ох… — хозяйка паба, кажется — мадам… Роземарта? Или как-то так… — вскочила и вихрем унеслась на второй этаж. Вернулась она, с растерянным видом держа в руках переломленную пополам статуэтку какого-то языческого божка.

— Простите… — остановилась она, не зная, что сказать еще.

— Сами по себе идолы язычников — не опасны, — я провел над обломками статуэтки наперстным крестом, и тот полыхнул солнечным светом, сигнализируя о присутствии зла, и развеивая его. — Но конкретно этот — был кем-то проклят. Серьезно и основательно, как говорится — «от души».

— Но… что мне теперь делать? — растерянно посмотрела на меня мадам… ах, да, вспомнил — Розмерта. — Это же реликвия, оставшаяся от прабабушки…