alexz105 - Отражённый блеск

* * *

Утром Сириус встал поздно. Во рту была сухость и неприятный металлический привкус. В метрополии совершенно не умели чистить крепкое спиртное от сивушных масел. Вся империя от последнего лакея до императора мучилась по утрам от алкогольного отравления. Конечно, можно было пить молодое виноградное вино, но в морские походы его почему-то не брали. На это был высочайший запрет, причины которого давно забыты и утонули в пучине имперской истории. И даже для командора Сансира никто не стал делать исключения.

Выйдя на палубу он с неудовольствием наблюдал, как пьяные матросы выбираются из шлюпок на палубу, а на смену им грузятся трезвые, но уже «со взором горящим», жаждущие алкоголя и плотских утех.

— Боцман! Запереть свиней в кубрики, и пусть отсыпаются!

Один из прибывших матросов хотел прошмыгнуть по борту на корму, но Сириус остановил его.

— Куда лезешь, лишенец?

— Ваша светлость, мне к патеру Нимусу на минутку. Дозвольте? — подозрительно трезвый матрос переминался с ноги на ногу и в лицо не смотрел.

— Не успел нагрешить, как уже каешься? — усмехнулся Сириус, опуская стек. — Иди уже кайся во славу Святого Круга.

— Именем его! — отозвался матрос и шустро прошмыгнул в сторону каюты эскадренного священника.

Блэк с неудовольствием проводил его взглядом. Ох, уж эти служители Святого Круга. Прямо местная инквизиция. В столице империи недели не проходит, чтобы кого-нибудь не жарили на костре. Изуверы от веры.

Сириус старался не связываться с ними, но не мог не замечать, что священники фактически были теневой властью в государстве и даже император старался не задевать их интересы и привилегии. В каждом полку, в каждой эскадре, а то и на каждом корабле сидели эти серые человечки и как пауки поблескивали глазками, все примечая и вынюхивая. Только старшие офицеры были избавлены от обязанности еженедельно ходить на исповедь, да и то им время от времени намекали, что полезно покаяться перед Святым кругом, дабы обрести твердую уверенность в вечной жизни души после смерти бренного тела.

А этот самый Нимус тот еще гусь. Его лично назначил первосвященник для участия в распространении веры на вновь обретенных землях. Он уже дважды осматривал весь город в сопровождении морского патруля и активно набивался на встречу с Дамблдором. Вот только неизвестно состоялась она или нет.

Сириус прошел на капитанский мостик и четверть часа осматривал корабли эскадры в подзорную трубу. Внешне замечаний вроде нет. Только какого дьявола они прижали к самому берегу эту призовую медную лоханку? Непорядок.

— Боцман! — обернулся он и заметил, что на мостик поднимается группа офицеров корабля во главе с капитаном и патером Нимусом.

В груди его тревожно екнуло. У приближающихся подчиненных были уж очень странные лица.

— Командор Сансир, милостивый государь! По требованию его святейшества патера Нимуса я вынужден произвести проверку.

— Какую проверку? — надменно спросил Сириус, презрительно глядя в лица офицеров. На Нимуса он демонстративно не смотрел.

— Проверку вашей милости в справедливости тех обвинений, которые предъявляют вам во славу Святого Круга.

— Именем его! — хором рявкнули все остальные.

Только патер промолчал, с брезгливым ужасом рассматривая Блэка.

Два офицера встали по бокам от Сириуса и твердо взяли его за локти. Тот было дернулся.

— Ты боишься проверки? — визгливо вскричал Нимус, уставив обвиняющий перст в грудь командору. — Значит, обвинения в твой адрес верны?

— Я не боюсь никаких проверок перед лицом государя императора нашего и Святого Круга!

Тон у Сириуса был уверенный и твердый. Капитан корвета одобрительно кивнул.

— Правильно, ваша светлость. Я тоже надеюсь, что все это лишь пустой донос завистника или обиженного вами человека. Сейчас узнаем, какие обвинения против вас выдвигают, проверим их, и все выяснится.

Капитан говорил внешне искренне, хотя если и существовал в эскадре человек с секретным указом императора, то, скорее всего, это должен быть именно он.

В чем же его обвиняют и кто?

— Ведите в его каюту! — каркнул Нимус.

Матросов на палубе почти не осталось. Поэтому свидетелей его позора было немного. Капитанская каюта с трудом вместила всех посетителей. Нимус тут же зашнырял взглядом по столу, рундуку и подвесной койке командора.

— Так в чем меня обвиняют? — первым спросил Сириус.

Патер повернулся к нему лицом и, словно читая по бумажке, огласил: