Дрой - Фанфик Не имея звезды

22 декабря 1991 г. Хогвартс, кабинет Снейпа.

Мальчик сидел в этом ужасном, тесном помещении, пропахшем зельями, какой-то алхимической гадостью и застарелым потом. Если сравнивать, то кабинет Флитвика был словно воздушным светлым облаком, когда как обитель Снейпа походила на настоящее подземелье. Здесь было сыро, неуютно. У восточной стены, стоял стол, заставленный различными флаконами и склянками, около него находилось два простеньких стула и воистину королевской кресло, понятное дело — Снейповское. Слева от входы находились стеллажи с книгами и пара шкафов с каким-то сушеными мерзостями. Слева — два котла и целый стеллаж полный разных банок, в которых находились теперь уже заспиртованные мерзости. Герберт, сидя на неудобном, жестком стуле, чувствовал себя просто ужасно. Все те ощущения, что он испытывал сидя в классе зельеварения, усилились раз в десять, и теперь великих трудов стоило не сблевануть и не сбежать отсюда подальше. А этот гребанный декан еще и опаздывал на встречу, которую сам назначил. Впрочем, мальчик догадывался почему его взывали на ковер. Небось главный слизень забеспокоился за молодняк, ну и правильно сделал. У этих папеньких сынков и дочек, была веселенькая неделька.

За эту неделю, ни один завтрак не прошел без того, чтобы у первокурсника с зеленым гербом на груди, что-нибудь не отросло, не исчезло или не сменило цвет или форму. На занятиях то и дело происходил какой-нибудь казус, от традиционных исчезнувших чернил, до того что перо начинало вести собственную жизнь, причем жизнь полную агрессии к своему владельцу. На уроках полетов, многие буквально приклеивались к земле и больно ушибались, пытаясь взлететь. Шнурки на туфлях, которых сами развязывались,а потом завязывались друг с другом — стали нормой. Внезапно, отпивая тыквенный сок, можно было удариться зубами о ледышку, оранжевого цвета. Или кушая сладости, вдруг понять что это скорее солености. Но финалом комедии для одних и трагедии для других, стал вчерашний случай.

Герберт спускался по лестнице, как заметил такую картину — Дафна Гринграсс, держа за руку Блейз Забини, куда-то её вела, что-то увлеченно рассказывая по пути. План в голове мальчика возник мгновенно. Па близости никого не было, поэтому мальчик решился моментально. Он внимательно проследил за девочками, и когда те свернули в главный коридор, накинул на них со спины два петрификуса. Девочки застыли. Но это был не конец. Ланс применил склеивающее заклятие на их руки, заставив их скрепиться, словно сращенные вместе. А следом применил распарывающие одежду чары. Девочки остались абсолютно голыми, а до звонка оставалось всего несколько минут. Сколько бы не велико было желание растущего паренька, обойти застывшие фигурки и посмотреть не только на филейную часть, но нужно было работать. Мальчик, за пару минут, успел наложить еще с десяток чар. Те не имели вообще никаких эффектов, но зато если кто-то захочет, а кто-то точно захочет, применить Finite, то ему придется произнести отменяющие чары раз дцать, чтобы разморозить девочек, а потом снять приклеивающие чары.

Прозвенел колокол, и в коридор вышли десятки, почти сотня учеников и все он увидели весьма интересную картину. Заклинания сняли минут через пять, н вот до склеивающего так и не успели добраться. Как только спал Петрификус, девчонки завыли в голос и попытались побежать — причем в разные стороны. Понятное дело, аристократки рухнули на пол и стали кататься по нему словно припадочные. Ситуацию спасла МакГонагалл. Она сняла оставшиеся чары, накинула на леди наколдованные накидки, и повела зареванных, белых как снег, слизеринок к мадам Помфри. А в коридоре был полный аншлаг. Многие младшие парни были красные как раки, а Уизли вообще чуть кровь носом не пошла от перевозбуждения. Девочки злорадно хихикали, а старшие ржали словно кони. Это был финиш.

И вот сегодня, когда Герберт сидел в библиотеке, раздумывая над очередным фортелем, как в помещение ворвался Снейп и игнорируя причитания миссис Пинс, чуть ли не за шиворот отволок подопечного в свой кабинет. Додумать парню не дали, потому как позади захлопнулась дверь, и зельевар будто подлетел к парте, изображая из себя огромную летучую мышь.

— Мистер Ланс! — прорычал он, хлопая по столу руками.

— Да профессор, — спокойно произнес парнишка.

— Что вы творите, несносный мальчишка?! У вас вообще голова есть на плечах?!

— Не понимаю о чем вы, профессор.

— Ах не понимаете?! — раненным бизоном взревел Снейп. Хорошо хоть не шипит. Когда декан шипит, это значит все — финита, а если кричит — то нормально, жить можно. — Смотрите мне в глаза, паршивец!