Дрой - Фанфик Не имея звезды

— Вот думая я, а что было бы, не будь я магом, — надвинул шляпу на затылок слизеринец.

— Ну, ты бы не был тогда облезлым кошаком, — пожал плечами Крам.

— Я не облезлый, Шерлок, — скривился Геб.

— А ничего бы не было, — вдруг сказал Миллер. — В том плане, что ничего бы не изменилось. Был бы ты собой, жил такой же жизнью, да и все наверно.

— Скучно правда было бы, — добавил Вик.

— Возможно, — кивнул брюнет. — А может и нет.

— Точно нет, — хмыкнул Давид. — Скажу так, первой любовью моей была соседская девчонка. Хохотушка такая, в веснушках вся и с портфелем в мой рост. Причем нынешний.

— И? — хором спросили Крам с Лансом.

— Момент, — Давид приложился к почти закончившемуся виски, а потом передал дальше по кругу. — В одно прекрасное утро я ей признался, а она мне. Счастливый был тогда, ну и поцелуй первый не забыть. А вечером...

— А вечером... — с придыханием поторопили друга Вик с Гебом.

— Мне на голову упала крышка унитаза с МКС и я помер. Не гоните блин, дайте рассказать. Кхм. Так вот. А вечером... пришли из школы. На следующее утро я уехал еще до рассвета, так и не попрощавшись с той хохотушкой. Собственно, я до сих пор с ней не попрощался.

— Жигало блин, — фыркнул Ланс. — К чему это все?

— Да к тому. Я тогда думал, что ни дня не протяну без неё, а вот — протянул. Даже и лица её не помню уже, не то что имени. Я просто это все к тому, что можно магию считать чем-то хорошим, а можно чем-то плохим. Но вот она, сама по себе, просто такая какая есть. И мы — такие, какие есть. Так что не думай на тему «если бы я не был магом», ты всегда им был и будешь, это твоя суть, это ты сам.

— Башковитый еврей какой, — покачал головой Крам.

— Чувствую себя бараном, — поддакнул Ланс.

— А ты такой и есть, щусенок.

После этой фразы мигом последовала дружеская возня, которая окончилась всеобщим кряхтением. До сих пор болело все и у всех.

— Знаете, есть и маглы с магией, — подал голос Крам.

— Да ну!

— Ага. Я с батей ездил этим летом в горы, там бабка живет какая-то, маглы её за пророчицу держат. Ну, пришли мы к ней, а она мне с порога — ведун, проходи. Я аж ошалел, мало того что слепая, так еще и мага во мне сразу разглядела.

— А что сказала? — поинтересовался Ланс.

— Да чушь какую-то. Мол, то что хочу поймать больше всего, поймаю лишь в пустыне.

— О как, — крякнул Давид. — Значит, следующий Кубок Мира будет в Сахаре?

Ребята засмеялись.

— Между прочим, у нас на планете не одна пустыня, — заметил Проныра.

— Значит летать Вику по всем песочницам нашего сине-зеленого шарика.

— Причем без метлы.

— На одном лишь ускорительном пенделе.

— Юмористы блин, — пробурчал Виктор.

Опять помолчали. Допили виски, вновь сплюнули куда-то вниз и хором выдохнули. Надо было возвращаться.

— Давайте-ка в обратную, пока нас не спохватились, — выразил общею идею Крам.

Три парня, кряхтя и шипя, держась за перила, стали подниматься на трусящиеся ноги. Тут Ланс вдруг выдохнул и шлепнул себя по лицу.

— То самое ощущение, — произнес юноша. — Когда понимаешь, что твою форму уже видели до сегодняшнего дня.

— Да ладно, где? — удивился Миллер.

— В общих женских душевых Хогвартса.

Повисла гнетущая тишина.

— Дружище, скажи мне что ты там был один, — разве что не взмолился Крам.

Ланс лишь отрицательно покачал головой.

— Уууу, — хором протянули поляк с болгарином.

И то «уууу» звучало словно хор духовых на похоронах. Турнир Лучших начался.

(п.а. очень много комментариев на тему пейринга. Господа, «та самая» уже не раз появлялась на страницах фика, даже было указано её имя ;) Ну и не забываем про растопку)

5 ноября 1994г Англия Хогвартс

Герберт, подняв тарелку принюхался. Пахло обычным завтраком — овсянкой с кусочками фруктов, но что-то смущало юношу. Ланс, повертев головой, заметил, как резко отвела взгляд одна из старшекурсниц. Геб задумался, а потом принюхался еще раз. Кажется, все было нормально. Он уже зачерпнул ложкой первую порцию, как Дэв схватил его за руку.

— Чего? — спросил парень.

Миллер покачал головой, выражая свое несогласие. Он вытащил из за пазухи маленький флакончик с прозрачной жидкостью. Отвинтив крышку, поляк капнув тарелку, но капля, сверкая словно слеза на солнце, не долетев до овсянки, испарилась тонкой паровой струйкой.

— Тут зелья.

Ланс отпрянул и отложил ложку в сторону, напрочь проигнорировав тяжелый позыв где-то в желудке. С ужасом Проныра глянул на, казалось бы, безобидную овсянку, а потом резко утер губы салфеткой.