Дрой - Фанфик Не имея звезды

— Палочка, — тут же откликнулась Дэнжер.

— Ты только что сдохла девочка, — процедил Хмури. — Главное оружие мага это... Бдительность! Только постоянная бдительность! Глаза, мать вашу, вот что самое важное оружие у мага! Забудьте все, чему вас учили, потому что когда вы столкнетесь с каким-нибудь мерзавцем, вы будете помнить только долбанный обезоруживатель!

В классе все мочлали, вжавшись в мелкие точки. Ланс же принюхивался к тонкому намеку на оборотку. За пять дней такое послевкусие уже должно было выветриться...

— А вот противник ваш будет помнить и другие проклятья! С разрешения Министерства и Дамблдора,в ракурсе страховки перед Туриниром Лучших, я преподам вам основы защиты от Непростительных...

— Но сэр! Их проходят только на седьмом курсе! — как можно было понять — встряла Дэнжер.

— Мертвые не разговаривают, девочка, а ты сегодня уже сдохла. Итак, кто мне скажет первое? Ну-Ну-ну? Может вы, мистер... -тут Хмури открыл Список и стал бегать по нему глазами. — Мистер Либ.... Ланс? — в голосе профессора отразилась удивление.

— Да, это я, — встал Проныра.

В глазах Хмури все еще плескалось узнавание, но это было какое-то другое узнавание...

— У вас фамилия «Ланс»?

— А должна быть другая?

— Нет-нет, — тут же покачал головой Хмури. — Все верно. Итак! Мистер Ланс! Какое Непростительное заклинание вы знаете?

— Проклятье импотенции, сэр, такое точно нельзя простить!

Несмотря на то что шутка вроде была не самой ужасной, в классе никто не засмеялся. Народ просто не мог поверить, что Ланс осмелился шутить с Грозным Глазом.

— Шуточки, мистер Ланс... Сесть! — Проныра сел, все еще принюхиваясь и мысленно штурмуя эту задачку. — Ты, рыжий, встать!

Уизли поднялся, дрожа при этом как девственница, снявшая платье перед гусаром на сеновале.

— Имп-пе-р-рио, — с заиканием произнес юноша.

— Верно! Сесть! Пять баллов! Твой папшка в свое время знавал проблем с этим проклятьем. Первое непростительное — Империо, полное подчинение.

Грюм достал из банки одного из трех тараканов, потом при помощи увеличительных чар раздул его до неслабых размеров, а потом четко произнес:

— Imperio !

Ни вспышки, ни света, даже легкого ощущения магии не было, только ужасная вонь на миг скрутившая Ланса. Тот мигом узнал запах Черной Магии. Жук вдруг стал дергать усиками, словно дирижер руками, а потом и вовсе принялся отбивать чечетку.

В классе засмеялись. Все. Даже грифы. Ланс ужаснулся и отодвинулся. Ему стало страшно. Юноша, против воли протянулся к шляпе, которая надежно защищала его разум.

— Вам смешно?! — рявкнул Хмури и народ воткнул. — Откуси себе ногу!

Таракан послушно как-то изогнулся, хрустя хитином и действительно отгрыз себе одну из лап.

— Полное подчинение, вот что это! Мой личный раб! А наложи я это заклятье на вашего отца. Вам будет приятно видеть, как безвольная кукла насилует вашу сестру, режет вашу мать, а потом вскрывает себе брюхо?! А ведь это и означает одно слово «Империо». И знаете что вас от него сбережет?... Постоянная бдительность!!!

Кто-то сглотнул, кто-то позеленел, Ланс вцепился в шляпу.

— Второе проклятье, кто мне назовет второе проклятье?!

Робко руку протянул Лонгботтом.

— Ты, — спокойно произнес Хмури. — Лонгботтом, да? Сын Алисы и Фрэнка?

— Д-да, с-сэр. Проклятье К-к-руц-цатуса с-сэр.

— Все верно, — тихо произнес бывший Аврор и достал второго таракана.

Того постигла та же участь увлечения, а затем очередной приступ вони и слово:

— Crucio!

Таракан упал на спинку и начал судорожно то поджимать, то распрямлять лапки, бешено круча усиками.

— Боль, самая дикая боль, какую вы только можете себе представить, вот что будет ждать вас если вы не будете... Постоянно бдительны!!!

Грюм отменил заклинание и убрал дрожащего таракана в банку. Лонгботтом был бледен, как и многие другие.

— Ты, мертвая девочка, назови мне последнее проклятье.

Грейнджер замотала головой, сглатывая слезы.

— Назови!

Девушка молчала.

— Что ж, — Хмури взял третьего таракашку и вновь увеличил его.

Он положил его на парту Поттера и Грейнджер, а потом наставил палочку.

— Avada Kedavra !

Ланс узнал этот запах, а потом и холод, когда с чарами в кабинет на миг заглянула смерть.

— Никакой прямой защиты. Самое страшное. Самое непреклонное. История знает лишь одного человека, который выжил после него... Постоянная бдительность!!! Вот ваша защита от всех этих проклятий!