Дрой - Фанфик Не имея звезды

— Герберт, Мерлин, вы сущее дитя. Я весьма рад, что вы решили научиться благородству, но право, вы, только не обижайтесь, как идиот, который на молебне готов себе голову разбить. Во всем надо знать меру. Скажите мне Герберт, в реальном бою вы будете также сражаться — используя лишь то, с чем может справиться ваш противник?

— Нет конечно!

— Вот и ваш ответ. То, что вы обладаете неким преимуществом, не делает вас бесчестным или неблагородным.

— Так значит, я могу записаться? — обрадовался мальчик.

— Я буду весьма огорчен, если вы этого не сделаете, — кивнул Флитвик.

Герберт посмотрел на часы, висевшие на стене, и понял что у него есть лишь час, чтобы успеть добраться до доски и оставить там свой автограф. Ланс разве что чаем не захлебнулся, когда одновременно вставал, поправлял мантию и накидывал сумку. Парнишка стрелой метнулся к дверям, открывая их резким рывком, но на пороге Ланс замер.

— Спасибо, профессор, — произнес Проныра «ритуальную» фразу.

И получил «ритуальный ответ»:

— Не за что, Герберт. Абсолютно не за что.

Двери закрылись. Мальчик, не разбирая дороги, понесся на первые этажи в восточное крыло. Сердце его билось быстро, а на губах сияла пиратская улыбочка.

22 ноября 1992г Хогвартс Большой Зал

Сегодня младшие курсы были буквально на взводе. Прямо с утра начинались занятия Дуэльного Клуба, который должны были вести Локхарт и Снейп. И второй курс, должен был стать первым, кто пройдет «боевое крещение». Руки Ланса чуть подрагивали, но вовсе не из-за волнения, как на матче квиддича, а из-за нетерпения. Ведь Герберт не видел себя, без того чтобы не покрасоваться и не выпятить что-нибудь, что можно выпятить. А тут такой шанс, конечно же, его нельзя было упускать.

— И все же ты пришел.

Геб повернулся и увидел тройку подруг — Браун, Парвати и МакДугал. Со ними тремя, мальчик наиболее тесно общался, но все равно, отношения оставались тепло-приятельскими, а не сколько-нибудь дружескими. Проныра так и не смог завести в замке друзей. Порой, от этого становилось грустно, но у Ланса, зачастую, не было и секунды свободного времени на такие пустые занятия как рефлексия или нечто подобное.

— Я ж не мог пропустить такое, — пожал плечами Герберт.

— Твое вчерашнее поведение заставило нас в этом усомниться, — улыбнулась Изабель, поправляя волосы.

— Просто не мог оставить вас в обществе этих скучных оболтусов.

— Как благородно с твоей стороны, — Парвати закатила глаза и приложила ладонь ко лбу, показывая как она благодарна. Все это было, естественно — в шутку.

— Вот и я о том же, — кивнул мальчик, выгибая грудь колесом и принимая позу напыщенного генерала. Подглядел у Флинта.

Девочки рассмеялись. Герберт поправил бандану, она имела привычку чуть съезжать на волнистых волосах. Пока парень маялся с повязкой, двери Большого Зала открылись и поток учеников хлынул внутрь. Общая толкучка увлекла и Ланса, который еле-еле завязал хвосты, пока его пихали локтями со всех сторон.

Судя по потолку, погода сегодня была не самая приятная. Небо уже посерело, солнце спряталось, пугливо втянув лучики, опасаясь хозяюшки зимы. И эта самая зима, того и гляди, ступит на земли Туманного Альбиона, припорашивая все снегом и покрывая стекла причудливыми узорами. До первого снега оставались считанные дни и Ланс, как и всегда в зимнее время, чувствовал себя не очень хорошо.

Сам же зал несильно преобразился. Сегодня здесь уже успели позаниматься шестикурсники, постигая азы аппарации и поэтому столов не было. Но вот в центре стоял высокий помост, какой Проныра имел у себя в берлоге и какой видел в зале Флитвика. На помосте уже возвышался Локонс, как всегда слишком сильно надушенный, слишком ярко одетый и слишком открыто улыбающийся. Все это вызывало один негатив и нотку брезгливости. Проныра вообще не понимал, чему этот лощеный хлыст может научить. Разве что как подтирать себе задницу, выглядя при этом как намытый павлин.

Геб, ведомый толпой, буквально притиснулся к помосту, который располагался на уровне его груди. Так что, чтобы посмотреть, что делается наверху, приходилось слегка задирать голову. Рядом с парнем оказалась тройка барсуков, во главе с Джастином Фин-Флетчли. С прошлого года парень нисколько не изменился, не внешне, конечно, а внутренне. Джас, как называли его приятели, был все таким же добродушным, но недалеким и пугливым пареньком. И он все так же раздражал Ланса. Хотя с ним — с Джасом, порой можно было поболтать о нормальных вещах, ведь молодой барсук был маглорожденным.