Светлана юркнула в ванну, мама бегом принесла ей какую-то одежду, и уже после этого обратилась к Алексею.
- Вы давно знаете Светлану?
- Сегодня впервые увидел, она же вам говорила.
- Ах, да, я еще путаюсь с мыслями, извините. Света говорила, что вы ранены.
- Пустяки, немного порезался, наверное, когда нож отбирал.
- У них был нож? Боже, они бы зарезали девочку! Вы спасли ее, но как вы смогли? Их ведь было больше, вам не было страшно?
- Было, конечно. А как я смог? Сам не понимаю.
- Другой бы, наверное, прошел мимо.
- Не знаю. Я не смог.
- Нам повезло, что это были именно вы.
Говоря все это, Лидия Михайловна промыла рану, плотно ее забинтовала, наложив при этом какую-то мазь.
- Вы, наверное, занимаетесь каким-нибудь спортом, боксом, или единоборствами какими-нибудь.
- Да нет, и никогда не занимался. Да и драться я никогда не умел. Нашло что-то. Сам не понимаю.
- Удивительно, справиться с тремя бандитами. Надо заявить на них в милицию. Света, ты никого из этих подонков не узнала?
Девушка уже вышла из ванны и тихонько сидела в уголке, наблюдая за своим спасителем.
- Нет, мама, это не наши. Да я их и не запомнила толком. Такой страх был, что почти ничего не видела. Кроме того, они меня схватили сзади.
- Тебе просто чудом повезло, если бы не...
Алеша назвал себя, помогая ей. Уж очень она выразительно посмотрела на него.
- Если бы не Алексей, что бы с тобой было? Ну почему ты меня никогда не слушаешь, просила же приходить пораньше.
- Ну мам.
- Не ну мам, а подумай, что бы могло случиться. Я теперь каждый вечер с ума сходить буду, пока ты не придешь. Ну неужели нельзя заканчивать пораньше?
- Я постараюсь мам...
Светлана подошла к маме, уткнулась ей в плечо. Лидия Михайловна прижала ее к себе, и обе они заплакали.
Алексей не знал, что делать, он чувствовал себя ужасно неудобно, чужой человек не должен присутствовать при таком. И уйти тихонько было бы уж совсем непорядочно. Он стоял, полуобернувшись, не глядя на хозяек, и рассматривал квартиру. С виду все было аккуратно и чисто, но чувствовалось, что во всем этом порядке чего-то не хватает.
Сначала было непонятно, чего, но, прислушавшись, он понял. Излишне шумящий холодильник, звук капающей воды, слегка перекошенные гардины, покосившаяся дверца шкафа рассказали ему, что мужской руки хозяйство давно не видело, а может, не видело вообще никогда. Хозяйки успокаивались, Света уже сидела на диване, уткнувшись в подушку, а Лидия Михайловна вышла на кухню. Ей видимо все же стало неудобно перед гостем, но сдержать своих эмоций она не могла.
- Я пойду? - спросил Алеша.
- Нет, ни в коем случае, останьтесь.
Мама, Алеша уходит!
- Алеша, не уходите, простите нас, бабы есть бабы. Останьтесь, мы же не поговорили даже ни о чем, и угостить мне вас очень хочется. Света голодная, может, перекусите вместе с ней?
- Спасибо, не надо. - Алексей уже чувствовал голод, но остаться не хотел. Было в этом что-то неприятное, как будто с ним хотят расплатиться. И хотя умом он понимал, что это от чистого сердца, но перебороть свои ощущения не мог. Он повернулся и шагнул в сторону двери. Легкое шевеление, замеченное им боковым зрением, превратилось в Светлану, стоящую перед ним и упирающуюся в него руками.
- Не пущу! - почти кричала она.
- Я ведь ничего о тебе не знаю, ведь ты спас меня, не уходи, останься, пожалуйста, останься, мне очень плохо, не бросай меня!
- Останьтесь, видите, она еще не может успокоиться, ей нужно, чтобы вы остались... - Это из-за спины прозвучал голос матери.
- Хорошо, но я не на долго. - Алеша еще сомневался, нужно ли оставаться, но и уйти уже не мог. Потом они сидели на кухне и говорили. Алеша рассказал о себе, все что мог. Ему рассказали о Светлане, о семье, о трудностях и успехах. Было хорошо, и Алеша не жалел, что остался. А потом Светлана заснула, прямо за столом. Мама тихо проводила Алексея до двери, пожелала, как водится и что водится, и попросила приходить. На улице Алеша оказался уже под утро. Рассвет еще только тлел, но видно было уже все неплохо. До дома добрался без приключений, сразу лег, но еще долго не засыпал, вспоминалось все происшедшее за прошлый день, и он казался таким длинным и насыщенным, как иная жизнь. Сон пришел незаметно. Мысли продолжали крутиться в голове, но явь ли это, сон ли, уже невозможно было отличить. Алексей шел дорогой, каждый шаг ее нес в себе что-то новое, это была дорога познания, и он начал по ней двигаться. Но почему раньше он не шел по ней? Он ведь учился. Не по тому ли, что он только сейчас научился видеть и слышать? Может, и понимать он научился только сейчас?
Читать дальше