Ледяная нежить,
Прямизна и стать...
Но алмазами режут,
А ты намерен писать.
И когда после всех мучений
Я забыл слова на родном
Ты, как всякий истинный гений,
Пишешь сам, о себе одном.
Ломая, переворачивая,
Затачивая, чиня,
Стачивая, растрачивая
И грея в руке меня.
* * *
Оторвется ли вешалка у пальто,
Засквозит ли дырка в кармане правом,
Превратится ли в сущее решето
Мой бюджет, что был искони дырявым,
Все спешу латать, исправлять, чинить,
Подшивать подкладку, кроить заплатку,
Хоть и кое-как, на живую нить,
Вопреки всемирному беспорядку.
Ибо он не дремлет, хоть спишь, хоть ешь,
Ненасытной молью таится в шубе,
Выжидает, рвется в любую брешь,
Будь то щель в полу или дырка в зубе.
По ночам мигает в дверном глазке
То очнется лампочка, то потухнет,
Не побрезгует и дырой в носке
(От которой, собственно, все и рухнет).
Торопясь, подлатываю ее,
Заменяю лампочку, чтоб сияла,
Защищаю скудное бытие,
Подтыкаю тонкое одеяло.
Но и сам порою кажусь себе
Неучтенной в плане дырой в кармане,
Промежутком, брешью в чужой судьбе,
А не твердым камнем в Господней длани.
Непорядка признак, распада знак,
Я соблазн для слабых, гроза для грозных,
Сквозь меня течет мировой сквозняк,
Неуютный хлад, деструктивный воздух.
Оттого скудеет день ото дня
Жизнь моя, клонясь к своему убытку.
Это мир подлатывает меня,
Но пока еще на живую нитку.
ПЯТАЯ БАЛЛАДА
Я слышал, особо ценится средь тех, кто бит
и клеймен,
Пленник (и реже - пленница), что помнит
много имен.
Блатные не любят грамотных, как большая
часть страны,
Но этот зовется "Памятник", и оба смысла верны.
Среди зловонного мрака, завален чужой тоской,
Ночами под хрип барака он шепчет перечень свой:
Насильник, жалобщик, нытик, посаженный без вины,
Сектант, шпион, сифилитик, политик, герой войны,
Зарезал жену по пьяни, соседу сарай поджег,
Растлил племянницу в бане, дружка
пришил за должок,
Пристрелен из автомата, сошел с ума по весне...
Так мир кидался когда-то с порога навстречу мне.
Вся роскошь воды и суши, как будто
в последний раз,
Ломилась в глаза и уши: запомни и нас, и нас!
Как будто река, запруда, жасмин, левкой, резеда
Все знали: вырвусь отсюда; не знали только, куда.
- Меж небом, водой и сушей мы выстроим зыбкий рай,
Но только смотри и слушай, но только запоминай!
Я дерево в центре мира, я куст с последним листом,
Я инвалид из тира, я кот с облезлым хвостом,
А я - скрипучая койка в дому твоей дорогой,
А я - троллейбус такой-то, возивший тебя к другой,
А я, когда ты погибал однажды, устроил
тебе ночлег
И канул мимо, как канет каждый. Возьми
и меня в ковчег!
А мы - тончайшие сущности, сущности,
плоти мы лишены,
Мы резвиться сюда отпущены из сияющей вышины,
Мы летим в ветровом потоке, нас несет
воздушный прибой,
Нас не видит даже стоокий, но знает о нас любой.
Но чем дольше я здесь ошиваюсь - не ведаю,
для чего,
Тем менее ошибаюсь насчет себя самого.
Вашей горестной вереницы я не спас
от посмертной тьмы,
Я не вырвусь за те границы, в которых маемся мы.
Я не выйду за те пределы, каких досягает взгляд.
С веткой тиса или омелы голубь мой не летит назад.
Я не с теми, кто вносит правку в бесконечный
реестр земной.
Вы плохую сделали ставку и умрете вместе со мной.
И ты, чужая квартира, и ты, ресторан "Восход",
И ты, инвалид из тира, и ты, ободранный кот,
И вы, тончайшие сущности, сущности,
слетавшие в нашу тьму,
Которые правил своих ослушались,
открывшись мне одному.
Но когда бы я в самом деле посягал на пути планет
И не замер на том пределе, за который мне
хода нет,
Но когда бы соблазн величья предпочел
соблазну стыда,
Кто бы вспомнил ваши обличья? Кто увидел бы
вас тогда?
Вы не надобны ни пророку, ни водителю злой орды,
Что по Западу и Востоку метит кровью свои следы.
Вы мне отданы на поруки - не навек, не на год,
на час.
Все великие близоруки. Только я и заметил вас.
Только тот тебя и заметит, кто с тобою
вместе умрет
И тебя, о мартовский ветер, и тебя,
о мартовский кот,
И вас, тончайшие сущности, сущности, те,
что парят, кружа,
Не выше дома, не выше, в сущности,
десятого этажа,
То опускаются, то подпрыгивают,
то в проводах поют,
То усмехаются, то подмигивают, то говорят "Салют!"
НОВАЯ ТОПОГРАФИЯ
Читать дальше