Клара Ченко - Заговор 'Пушкин'

Далее шли в записях тяжеловесные раздумья о стратегии и тактики dcb!.+ , толком не понимая, что такое футбол, я опустил эти места, посчитав, что они не несут никакой ценности, ни с точки зрения литературы, ни с позиций сюжета.

"Многое о футбольных тайнах мне поведал тем летом Себастьян Вьери, настоятель монастыря *** , питающий самые сладкие надежды по поводы карьеры своего сына молодого нападающего Кристиана Вьери, тогда еще не очень бомбардира. Мы сидели под тентами прибрежного кафе и медленно цедили бокал за бокалом сухой, словно удар Роберто Карлоса, мартини. Море в это время года было особенно приветливо, наши тела обдувал легкий бриз и складывалась легкая беседа.

Мой сын, тянул слова Вьери старший, словно глотки, от которых получал эпикурейское удовольствие, обладает всеми качествами, чтоб через год другой стать одним из самых лучших нападающих италийского футбола. Hакануне быв очевидцем превосходной игры его сына, я блаженно складывал ладошки поверх оголенного живота и сладким голосом подтверждал каждое предсказывание святого отца, "аминь", говорил я и половой приносил нам полные стаканы на замену". Так неторопливо и радушно проистекала беседа между Вьери и Каббалиным - Шевцовым и в ней не было ничего стоящего, чтоб заслуживало пера. Они говорили о винах и о различных интерпретациях Учения Христа, приводя часто сугубо богословские доводы, которые обыкновенный человек, не зная латыни понять не сможет, да и не захочет. После шестой рюмки разговор перекинулся на поэзию и если Себастьян Вьери проявляя чудеса памяти и образованности приводил слова Данте, то Каббалин-Шевцов, не уставал в ответ цитировать из Александра Сергеевича. Ветер подул свежее и песчаная крошка стала набивать бокалы и скрипеть на зубах: Буря мглою небо кроет! Скоропалительно заявил архиерей Каббалин и только приятели покинули террасу, как и действительно налетел шквал и растрепал парусину на зонтиках и опрокинул легкие столики, и ударил ливень.

Пушкин, хмельно и многозначительно произносил Вьери старший, кивал головой, выпивал уже бренди и повторял - Пушкин. Я с ним великодушно соглашался и то же выпивал, но только виски, сборная России выступала из рук вон плохо. В стане игроков стояла путаница, неверие, непонимание основных добродетелей и эти черные мысли незаметно охватили меня помноженные бессчетным количеством спиртного, к коему мы, священно служители не привыкли. Мои мысли развеял Вьери. Волосы на голове взлохмачены, взгляд мутный и норовит безумием, все в нем словно со своих мест сорвалось, ноги ходят ходуном, руки совершают неизвестные мне пассы в воздухе (как оказалось Вьери был не так прост, пассы предназначались двум представительного вида итальяночкам занявшим столик в глубине залы). Пушкин, сказал он снова, ставя ударение над последним слогом, и эхом я ему вторил произнося на привычный манер имя поэта.

- Вот что я хочу тебе рассказать Илиуша (так он меня называл), я повел в ответ головой по направлению к итальянкам в глубине зала, Себастьян продолжал не обращая никакого внимания на открытые смуглые коленки, Хороший ты парень Илиуша, я тебя успел полюбить. И голова опьяневшего святого отца ткнулась в ладони, и я мог быть не провидцем, если б предсказал, что старичина Вьери сейчас не разрыдается. Слеза стекала по его сухой, обветренной щеке. Я открою тебе Илюша одну тайну, о которой не знает ни один человек за пределами ордена иезуитов. Отвечая на мой вопросительный взгляд он продолжал: иезуитов...именно, именно b *, иезуиты и Пушкин. Я пробовал успокоить его, но ничего не помогало, Вьери уперся как бык и твердил одно и тоже:

Сегодня позиция православной церкви на такой обширной территории как Россия соизмерима разве что с диктатом царящим в Вашей великой державе Илиуша во времена правления Сталина. Многие секты у Вас запрещены, другие не популярны, Ортодоксальная Церковь - это крупнейший естественный монополист, защищающий только собственные интересы. Такое положение вещей никак не может устроить Церковь Католическую, но напрямую Папа не может вмешиваться, напрямую дорогой мой Илиуша, никто против вас не попрет. У вас же ядерные ракеты! И как быть? Hужно подрывать силу Ортодоксальной Церкви, отвлекать от нее людей и бросать их хоть под знамена идолопоклонников! Этих мракобесов, варваров! И Вьери скорчил прекислую рожицу. Орден иезуитов беннедиктианцев, к которому тайно принадлежу и я, Ваш покорный слуга, уже добрый десяток лет, занимается только тем, что стимулирует в России увлечение Александром Сергеевичем...