Людмила Энжел - Пепел 2. Бездна.

- Нет, нет, я не хочу, что мне сделать, чтобы это прекратилось, что?

Он смеётся, и от этого смеха меня начинает тошнить опарышами и какой-то гнилью.

- Ты умеешь воскрешать мёртвых?

- Что?

- Я так и знал, тогда, мой друг, тебе не искупить ничем смерть Эвана Брайта. Ты здесь из-за него, прежде всего, и я, часть той души, что жила в нём, пока он не воткнул нож в своё сердце. И моё отчаяние так велико, что я готов рвать тебя на части с радостью, хотя никогда не испытывал её, мучая грешников.

- Нет, Эван, я не виноват, я не хотел, я не желал тебе смерти! Прошу тебя!

Он снова смеётся и на этот раз возникает за моей спиной.

- Не утруждай себя пустыми раскаяниями, я не Эван, я чужая душа, и часть меня жила в нём всё это время. И часть меня запомнила тебя и твою подлость, мерзкий трус! Меня зовут Джонни Дарк, и ты меня не знаешь, но у нас с тобой целая вечность, чтобы узнать друг друга ближе…

- Нет! Нет, не надо!…

51.

Меня зовут Эван Брайт. Я обычный старшеклассник, люблю болтать по скайпу с друзьями, вечеринки у друга Мартина и красивых девчонок, так бы я сказал про себя в прошлой жизни до того, как встретил Джея - наглого и самоуверенного парня, который без лишних слов ломал мою волю. Мы ото всех скрывали свои отношения, но большинство догадывалось о них. Насколько это было серьёзно и было ли вообще? Я не знал ответов на эти вопросы, если бы однажды не умер… и с тех пор я попал в ад… Говорят, ад - это нечто иное, там нет ничего, кроме отчаяния и боли,… но здесь тоже нет… Мечта снова быть с Джеем постепенно стала для меня чем-то нарицательным, как воспоминания, которые тянули меня в мир живых, но ведь он звал меня… Безумная балерина Энн всегда со мной рядом, даже если её нет, она поселилась в моей голове, вместе с мыслями о мести и ненависти. В кого я превращаюсь? Я уже не подросток, а чудовище в обличии полуживого ангела. Все земные мысли оставили меня, и больше ничего нет… даже Джея. Оборотень по имени Лиам теперь мой ручной зверь, но это ненадолго, я знаю, что однажды он перейдёт границу и убьёт меня. Имеет ли это значение для меня? … Я и так мёртв, как можно было быть таким пустым и беспечным?

Я открываю глаза, по потолку бегут мутные лучи солнца, оно пробилось сквозь тучи, но серая пелена скоро вновь поглотит его. Я в мертвой хватке Лиама, он не трогал меня какое-то время, давай всем швам и ранам на моём теле затянуться, и я был с Энн. Утопая вместе с ней в её безумии и танцах, встречал её с занятий и репетиций. Она показывала новые движения и мы сидели ночью на подоконнике, свесив ноги вниз и замерзая от влажного холода. Меня пугает только одно - я ничего не чувствую, ни ненависти… ни любви… Лежу в одной постели со своим убийцей, а внутри ничего нет, мысли пусты. Зачем мне всё это? Зверь просыпается и смотрит на меня. В этих тусклых глазах тоже ничего нет, как и в моих мыслях. Виноват ли он, что был создан убивать и пожирать? Кто сотворил его таким? В любой момент он может воспылать ненавистью ко мне, ведь он должен быть оборотнем. Он наваливается на меня всей тяжестью своего тела, мышцы его напряжены до предела. Я смотрю прямо ему в глаза, стараясь не думать о том, как плохо мне сейчас будет, но мне страшно. Он берёт пальцами мой подбородок, и засовывает большой палец в рот. Вкус табака и солёного пота. Вынимает и гладит им по губам.

- Ты слишком красивый, я бы никогда такое не сказал мужику, потому что я не пидор, но ты какой-то другой, как девка, слишком красивый, мне хочется откусить кусок твоей плоти.

- Сделай это, - я боюсь, что он вопьётся мне в шею.

Лиам продолжает держать моё лицо так, чтобы мой взгляд упирался в него.

- Не закрывай глаза, я хочу видеть, - он делает это резко. Я вздрагиваю, но беру себя руки, нельзя выдавать свой страх, свои эмоции. Мне на удивление не так больно, но подташнивает, его зрачки маленькие и внимательные. Никуда не деться от этого ужасного взгляда голодного монстра. Мне тяжело дышать, он совсем сдавил меня, я приоткрываю рот, стараясь как можно более естественно стонать. Я знаю, что это только начало, сейчас он окончательно выйдет из коматоза, и тогда я могу потерять сознание от боли.

- Что ты чувствуешь, Стэнли?

- Что?

Он наклоняется ниже и рычит прямо мне в лицо, чтобы я задыхался от его перегара.

- Что ты чувствуешь? Тебе приятно?

- Да, - это звучит лживо, но я ничего не могу поделать.

- Разве? - Лиам сильнее вдавливает меня в кровать и начинает двигаться быстрее. Вот он, новый момент истины, он ищет повод для злобы, ему надо убить меня.