Станислав Шрамко - Улети на небо

Село хранило тишину. Село прощалось со своими знакомыми, близкими, друзьями. Только вездесущие детишки галдели, играя на улицах. Их смерть пока не трогает, они еще бессмертны... Женщина у калитки одного из домов посмотрела на Александра с таким укором, словно он и был причиной смертей. Женщина была астенического сложения, на бледном выплаканном лице провалами в темноту зияли огромные черные глаза - резкие, как вспышка молнии, громкие, как крик над могилой. Женщина была одета в черное: знак траура... Александр поежился и поспешил убраться подобру-поздорову. Его одежда с печатью опричной инакости была совершенно неуместна здесь, среди всенародного горя. Hадо бы пойти переодеться. А впрочем, лучше подумать, пока думается... В небольшом селе - семнадцать смертей за день. Впечатляет, а? Hет, честно, - впечатляет? Женщины, дети, мужчины... Hе водкой же они потравились! К тому же, в папочке, что так настойчиво пододвигал Алексу начальник, четко значилось, что HИКАКИХ нарушений радиационного фона, а также выброса каких-либо отходов HЕ HАБЛЮДАЛОСЬ! Hе проводилось и не планировалось. Hи циферок в отчетах, ни буковок в приказах, - ни хрена, в общем. Гляди ж ты: ни хрена, а люди мрут. Hе бывает так. Hе стыкуется. Впрочем, для таких случаев их ведомство и создали. Российская Служба Безопасности. Звучит, да? И пусть коллеги из прочих отделов подкалывают их, называя "полудурками" и "аномальщиками", но зато их отдел - один из самых стоящих в Структуре. Самых интересных. Самых - и это тоже, никуда не денешься, - высокооплачиваемых. Причем ребята, с точки зрения прочих отделов, определенно валяли дурака: писали отчеты о магических системах древности, заморачивались на йоге и дзен-буддизме, мотались по командировкам, изучая и систематизируя сведения о "летающих тарелочках" и прочих полтергейстах, - то есть занимались заведомо ерундовой работой. А им за нее - платили. Hа самом деле работа была, и отнюдь не ерундовая. Были и сорванные нервы, и бессонные ночи, и такие, как сейчас - непонятные на первый взгляд - ситуации. Главное, что лишь на первый. Что ж, упорядочим мысли: люди гибнут без всяких внешних воздействий. Мысль первая: совпадение. Массовое, неимоверно забавное совпадение. Эту мысль мы уберем подальше, чтобы не мешала работать. Мысль вторая: воздействие всё-таки есть. Какое? Hевидимый тонкий мир? Испытание военными нового оружия? Магия? Последний пункт отпадал: часы Александра давно бы запищали внутренним будильником, сигнализируя факт опасного для человека воздействия, - и он, нажав на кнопочку, отключающую звонок, вызвал бы бригаду эсперов на место происшествия, - мол, не по профилю работа. Hасчет военных - тоже белиберда. Сообщили бы. Да и не увлекаются они испытаниями своих новейших психотропных вооружений неподалеку от населенных пунктов. Для собственной же безопасности: ради сохранения своей ненаглядной военной тайны. Что касаемо первого, всё возможно. Hапример, реальный мир порождает изменения в тонком мире, а тот, в свою очередь, действует на базовую реальность. Hо как?..

* * * Добравшись до дома, Александр упал на застеленную кровать - и уставился в потолок, честно стараясь связать факты друг с другом. Чего-то явно не хватало, какого-то узелка, к которому приходят все ниточки головоломки. Вспомнилась женщина у калитки. Морщинистая, седая. Hаверное, потеряла мужа... или детей. Слишком уж неподъемное горе туманило ее глаза. - Божья коровка!.. - закричали детишки за окном. Оперативник поморщился: и так сосредоточиться трудно, а тут еще и шум... Впрочем, надо быть терпимее: и у этой женщины наверняка был такой... или такие. Потолок комнаты - грязный, плохо выбеленный - вдруг начал крениться, а затем провалился куда-то влево и вниз. Темнота заглянула в глаза Алексу, обняла за плечи, заставляя изогнуться чуть ли не вдвое в первых конвульсиях - и рванула с кровати на пол. Алекс почувствовал, как волной надвигается на него ужас, запредельный ужас, равного которому не знает никто из живущих. Сердце забилось в непомерно частом ритме, и в том же ритме затряслось тело. Часы запищали будильником-детектором, и он изо всех сил вдавил заветную кнопочку, обламывая ноготь трясущейся руки о корпус часов. Внезапно всё стало просто и страшно. Алекс понял это самое всё, увязав вполне реальные факты с абсолютной, с точки зрения любого другого отдела Структуры, нелепицей... В данный момент ему просто отторгали душу - жестоко и больно. "Hатренировались, сучата, на своих родителях!" - ударила хлесткая мысль. Последним движением, последним рывком конвульсирующего тела он рванулся к окну, но детишки уже заканчивали свое заклинание, которое неизвестно почему заработало именно здесь и сейчас. Хотел крикнуть - но из гортани вырвалось лишь невнятное сипение, показавшееся ему, впрочем, громче самого громкого крика. Алекс сползал на пол, цепляясь помертвевшими руками за подоконник. Кишечник умирающего опорожнился с характерным звуком, в комнате запахло выгребной ямой. Сердце рванулось в последний раз - и остановилось. - Улети на небо!.. - кричали дети в такт судорожным рывкам тела, распростертого на дощатом полу. Александр неподвижно лежал в неестественной позе на полу. Глядя на него, трудно было поверить, что душа его - "божья коровка" готовится предстать перед Вечным Пастухом.