Луис Тримбл - Беда на горизонте

— Пендер?

Кол остановился.

— Я — Рауль Хорнеман, — представился мужчина, протягивая ему руку. — Я слышал, вы пригнали в долину стадо коров. С удовольствием посмотрел бы на него.

Кол подумал, что торговля крупным рогатым скотом действительно прибыльное занятие, если человек в годах этого самого Хорнемана решает бросить службу и заняться только ею. Ведь одни только редкие блестки седин в его черных волосах, в основном на висках, свидетельствовали о том, что ему за сорок. Это был высокий, сильный, стройный черноволосый человек. Весь его облик свидетельствовал о том, что он очень мало времени проводит в помещении.

— Скотина будет завтра на ранчо «Типпи», — ответил Кол. — Можете приходить, когда вам удобно, и сколько угодно рассматривать ее.

— Скоро, значит, ваше стадо пройдет по этой дороге, — заметил Хорнеман.

Было что-то весьма привлекательное в этом человеке, и Кол обратил на это обстоятельство внимание, хотя его все еще терзал вопрос: что делал этот человек пять дней тому назад в Рено? Он уже почти решил еще немного поговорить с этим любезным человеком, но Хорнеман, улыбаясь, протянул ему руку, слегка поклонился и вернулся в свое кресло.

Кол собрался навестить салун Хилли. Во-первых, чтобы найти там Сима Тарли, а во-вторых — послушать, что наболтает ему сам Хилли. Владелец салуна был известен как человек, который знает обо всем, что происходит в городе, о нем даже поговаривали в шутку: «Пока Хилли жив, город не нуждается в газете».

Он уже пересек до середины улицу, когда двери салуна распахнулись и из них поспешно выскочили два человека. Кол сразу же узнал Сима Тарли и его ковбоя Райделла, который помогал теперь Симу взгромоздиться на лошадь. Кол крикнул:

— Сим! — И в этот раз на улице не было шума, грохота или каких-нибудь других помех, которые не позволили бы расслышать его голос.

Тарли остановился, хотя одна нога его уже была в стремени. Он обернулся в сторону Кола, потом окончательно поднялся в седло и уселся поудобнее. Кол подошел к нему, и Тарли, явно смущаясь, протянул руку, как будто ожидал, что Кол откажется от рукопожатия. Кол почувствовал его неловкость и потому быстро выпустил ладонь Сима из своей. Тарли открыл рот и произнес:

— Я очень рад видеть тебя, сынок. Приходи ко мне завтра, когда пригонишь стадо в долину.

Глаза его, обращенные к Колу Пендеру, молили, молили о понимании. Он натянул поводья и заставил коня немного попятиться.

— Сейчас у меня просто нет времени, у меня очень важное дело, — добавил поспешно он, развернул лошадь и погнал ее в темноту ночи. И тут Кол заметил насмешливую улыбку, на мгновение сверкнувшую на лице Райделла, который чуть погодя поскакал вслед за хозяином.

Некоторое время Кол растерянно смотрел вслед этой странной парочке, которая исчезла в глубине плохо освещенной улицы, и только потом, обозлившись, он отправился в салун Хилли. Может быть, там, подумалось ему, он разузнает, что же мучает Сима. Если же нет, ему все станет известно завтра. Впрочем, можно было бы прямо сейчас отправиться на ранчо «Эрроу», но воспоминание о выражении лица Сима отвратило его от этой мысли, и Кол решительно шагнул в салун.

Кол помнил Хилли, человека с вытянутым лицом, с большими, пушистыми, залихватскими усами и такой же густой каштановой шевелюрой. «Даже здесь ничего не изменилось», — грустно подумал Кол. Большой зал чуть ли не во всю площадь здания, зеленые столы для карточной игры, черная стойка бара, по-прежнему коротковатая для солидного количества клиентов, желающих подкрепиться горячительным, и Хилли, у которого кожа стала чуть бледнее, а усы чуть побольше, спокойно, не спеша разливающий по стаканам питье и всегда находящий время, чтобы бросить все и покалякать пару минут со свежим человечком.

Кол постоял немного в дверях, оглядывая зал. У бара было человек пять-шесть, за карточными столами расположилось несколько групп игроков. Колу были знакомы многие из них, хотя не все имена он твердо помнил. Кое-кто приветствовал его кивком головы, но ни один не произнес вслух его имени. Кол ощутил в атмосфере скорее настороженность, тихое выжидание, нежели гостеприимство или же враждебность. Он направился к свободному табурету у стойки бара.

С этого места он мог видеть Чеда Лимена, сидевшего за ближайшим карточным столом. Кол повернулся к бару и жестом спросил у Хилли стаканчик виски; узнав его, Хилли подошел с широкой улыбкой на лице:

— Здорово, что ты вернулся, Кол!