Сергей Дрей - Караван мертвеца

– Я думаю, что они погибли.

– В смысле – ты думаешь? Сколько лет тебе было?

– Четыре или пять. Я, кстати, не знаю, когда у меня день рождения.

– Как так?

– Наверное, легче продолжить, на чем остановился в прошлый раз, – лениво улыбнулся Сид.

– Ну наконец-то! Дошло до тебя!

– Ладно, просто я впервые рассказываю это кому-либо.

– Польщен, но не становись занудой. Мне нужна информация и факты, а то голова кругом!

– Понимаю. Итак. Отец с Густавом вернулись в деревню. За время их отсутствия произошли некоторые события. Неизведанные и далекие земли, где они останавливались год назад, перестали быть таковыми. Прогресс добрался и до этого края. Люди шли с побережья и всё чаще забредали на территории коренных жителей. Открытого конфликта ещё не случилось, но отец и Густав поняли, что близится беда. Ты, наверное, не обратил внимания, но это поселение в ущелье стало домом для множества разных племен.

– Я заметил кое-какие различия в одежде. Но если честно, то кроме твоего деда и пары человек в доме никого особо не отличаю.

– Тебя можно понять. Вот поначалу и бледнолицые пришельцы тоже приняли нескольких жителей племени, таких, как мой дед, за своих. Внешне-то они не отличались, обвешались тряпками цветными только. Ну, подумаешь, одичали немного в быту с индейцами. Поэтому переселенцы старались обходить деревню стороной. Но когда им стало известно, что те вообще не понимают речь цивилизованного человека, молятся неизвестным духам и живут посреди дикой природы…

– Их тоже посчитали дикарями? – закончил фразу Луи.

– Естественно. Ты знаешь, что это означает.

– Ничейная земля. Вот почему нападать стали не сразу?

– Да. Внешность нашего племени долго вводила многих в заблуждение. Этот маленький край оставался нетронутым по воле случая. Промежутком воспользовались Густав с отцом. Они решили спасти деревню, но, как оказалось позже, у каждого были свои мотивы на это.

– Александр влюбился, а Густава соблазнило золото? – предположил Луи.

– Так и есть.

– А твоя мать – получается, она была дочерью вождя? Союзы с чужаками допускались?

– Хота не был тогда вождём. И, конечно же, поначалу вспыхнувшие между родителями чувства многие восприняли негативно. Но отцу удалось завоевать доверие и уважение окружающих. Он даже выучил местный диалект, а потом начал обучать жителей культуре колонизаторов. Напрасный труд. Отношения оставались непрочными, и природный баланс рушился. Вторжения на земли стали учащаться. Вражда постепенно росла. Поэтому единственным решением проблемы стало создание резервации.

– Не думаю, что это было так просто.

– Это заняло годы. Отец часто уезжал по делам. Разрываясь между двумя мирами, он старался провести между ними мост. То вывозил Хоту с мамой и других жителей показать города и жизнь в них. Густав перемещался реже, его дела были сосредоточены в столице. Он проделал большую работу в юридическом плане, отец же предоставлял материалы исследований и доказательства в пользу создания внутри этнической зоны.

– Неужели им оказалось по плечу и это?

– Они обеспечили неприкосновенность лишь десятой доли той территории, которую старались спасти.

– Тоже неплохо! Дай догадаюсь! Места, где они нашли золото, получилось включить в резервацию?

– Ну да. Отец надеялся, что с золотом им удастся выкупить всё земли со временем и вернуть их племени. Густав же решил, что на этом его участие заканчивается. У друзей произошел раскол. Они разделили пополам всё, что добыли, и их пути разошлись. Тем временем в соседних племенах поднялась волна недовольств, никто не желал уходить с земли предков. К сожалению, большинству пришлось уступить, когда пролилась первая невинная кровь. Остановить надвигающегося монстра цивилизации не хватало ни сил, ни ресурсов. Началась миграция населения. Наше племя направилось сюда, в горное поселение. Многие поступили так же.

– И твой отец?

– Нет. Он построил дом недалеко от резервации и забрал с собой меня и маму.

– А маму как звали?

– Найра.

– Красивое имя. И чем твой отец занялся, имея под боком гору золота?

– Папка не стал просиживать дни впустую, а занялся делом. Он всегда мечтал о своей маленькой кузнице и часто мастерил для себя и друзей милые безделушки и несложную домашнюю утварь. Просто так, из-за любви к творчеству. Я помню, что к нему даже стали приезжать из соседних деревень с заказами. Счастливое было время. Два года наша семья жила самой прекрасной и обычной жизнью, пока этому не пришёл конец. Отец всё ещё поддерживал связь с теми, кто остался жить в резервации, и вскоре до него дошли слухи, что некто незаконно отгородил часть земли, и чужаки никого не подпускают к себе близко, притесняя племя. Отправившись на разведку, отец не удивился, вновь повстречав Густава. Тот нарушил слово и привёл несколько крепких ребят, которые день за днем отмывали всё больше самородков. На все вопросы и возмущения отца Густав отвечал: «Надо быть полным идиотом, чтобы оставить это сокровище дикарям!» Он сказал, что рано или поздно на этом месте проведут железную дорогу, и все плевали на неприкосновенность территории. Действовать стоило быстро, иначе он рисковал остаться в дураках. Отец начал возражать, так как до Густава с его компанией никто не нарушал границ. К сожалению, аргументов не хватило – он и сам понимал, что даже спасенный клочок земли рано или поздно будет поглощен. Придут новые люди и начнут строить здесь свои города. Мир менялся слишком быстро, и он ничего не мог с этим поделать. Ему пришлось уйти ни с чем.