Макс Брэнд - Долина Счастья

— Итак, молодость… тюрьма… Есть! Кажется, я отыскал нужную страницу! Привидение… призрак… Джеймс Фэнтом, будь я проклят!

Он всплеснул руками, и в лесном безмолвии этот хлопок показался Фэнтому оглушительным, словно винтовочный выстрел. Горбун же тем временем продолжал:

— Джеймс Фэнтом, ограбление дилижанса, непревзойденный стрелок — как-никак троих человек собственноручно отправил на тот свет — предан парочкой трусливых подельников… А потом тюрьма… Ну конечно же! Все, теперь вспомнил. И если бы не эта темень, то я гораздо раньше догадался бы, с кем имею дело!

Фэнтом закусил губу.

— Значит, незнакомец, ты меня знаешь, — сказал он. — А вот я тебя нет. И, признаться, ничуть об этом не жалею. И вообще, полагаю, что не к добру вся эта твоя болтовня.

Горбун повернулся и оценивающе уставился на юношу — подбородок на его узком, вытянутом лице остро выступал вперед, а взор мутных, с поволокой глаз был устремлен не то на Фэнтома, не то куда-то в вышину.

— Молодой, упрямый, закаленный, как сталь, прошедший сквозь жернова правосудия, с незаживающей раной на душе — что ж, конечно, именно такой материал и нужен Луису. И вот сегодня ночью он посылает тебя сюда одного, чтобы остановить дилижанс, в котором находятся двое вооруженных мужчин — лучшего испытания на прочность и не придумать. Кстати, охотно верю, что вы с Луисом знакомы лишь два дня. И к концу этого второго дня он убедится в том, что ты именно тот, кто ему нужен. О да, он обязательно поймет это. В тот же самый момент, как ты приведешь меня к нему на заклание! И вот что я тебе скажу, Джеймс Фэнтом: этому парню явно не достает человечности, но будь уверен, что даже имеющейся малости ему вполне хватит, чтобы проникнуться благодарностью к тебе за оказанную услугу. Этого он тебе никогда не забудет. Если только…

Он остановился и, зловеще рассмеявшись, потер руки.

— Если только, — продолжил он, — Луис не решит, что я мог рассказать тебе слишком много!

Он опять засмеялся и снова потер руки.

Фэнтому начало казаться, что этот человек явно не в себе. И все же в его поведении и словах было нечто большее, чем просто безумие. Юноша промолчал.

— Но если только Луис заподозрит, что я, возможно, распустил язык, а ты все это внимательно выслушал… то, скорее всего, он сочтет нужным подстраховаться и одним махом устранить разом все источники опасности. Он убьет меня, а затем постарается расправиться с последней тенью, которую я мог оставить на этой земле. Короче, мой юный друг, ситуация такова, что, возможно, ты сейчас находишься в ничуть не лучшем положении, чем я!

С этими словами он поднял длинную, тощую руку и направил на юношу костлявый указательный палец. Этот жест заставил юного Джима Фэнтома нахмуриться. Он скорее предпочел бы оказаться перед дулом направленного на него пистолета, чем ощущать на себе пронзительный и чуть насмешливый взгляд этого человека.

— Что ж, в любом случае, вскоре мы сможем сами в этом убедиться, — продолжал горбун, — потому что впереди, вон за тем кустом нас поджидает засада!

Фэнтом вгляделся в темноту перед собой.

Справа от дороги возвышалась неприступная черная стена дремучего леса. Слева же в частоколе гигантских деревьев зиял просвет, образовавшийся на месте случившегося здесь оползня, из-за которого вековые деревья на довольно обширном участке были повалены и разнесены в щепки, уступив место буйным зарослям из кустарника и молодых сосен.

Ближе к центру полянки густая листва высокого кустарника серебрилась при свете луны и трепетала под легкими прикосновениями ветерка, который поднимал над дорогой клубы пыли, подхватывал на лету невесомые облачка и поспешно увлекал их за собой.

Острый взгляд Фэнтома скользнул по колышущимся ветвям большого куста. Легкий ветерок перебирал верхушки, и лишь одна тонкая ветка оставалась неподвижной. С равным успехом в зарослях мог скрываться и человек, и зверь, однако Фэнтом все-таки был склонен думать, что имеет дело с людьми.

— Похоже, ты прав, — сказал он своему спутнику. — За этими кустами кто-то поджидает тебя. А, возможно, и нас обоих. Но стрелять сейчас они не будут. Дождутся, когда мы подъедем поближе. Так что разворачивай коня и выезжай на обочину.

— Тогда лучше держаться этой стороны, — сказал горбун, и лицо его страдальчески скривилось.

— Нет, будем держаться ближе к кустам. Чтобы они ничего не заподозрили.

— И чтобы им было удобней пристрелить нас! — отозвался горбун.