Луис Ламур - Кэтлоу

Бен лениво обвел взглядом комнату. Она была почти пуста, ведь наступило уже время сиесты. Впрочем, очень скоро здесь будет полным-полно народу. Кэтлоу вполне может выбрать для налета именно это время. Об этом стоит подумать на досуге. Если он решится на грабеж как раз в этот час, когда почти весь город, да и половина гарнизона лениво дремлет, у него будет шанс. Бен крепко задумался. Зная Кэтлоу, он почти не сомневался, что он как раз тот человек, который способен до этого додуматься.

Несмотря на возражения Рекальде, Бен Кауэн поселился в гостинице «Аркадия». У молодого человека в городе было множество родственников, именно у них он и остановился, и сейчас они все вместе выхаживали его. Но Бену нужно было быть в гуще событий, в таком месте, где он мог бы видеть и слышать все, что происходит в городе, и, коли потребуется, вмешаться в ход событий, не нарушая правил приличия и покоя жителей.

Наконец последний мексиканец убрался из кантины, и хозяин выжидательно взглянул на Кауэна, надеясь в душе, что и тот вскоре уйдет. Бен одним глотком прикончил пиво, поколебался немного, потом все же приказал принести еще одну бутылку и вышел на улицу, щедро залитую лучами послеполуденного солнца.

Эрмосильо, крохотный мексиканский городок с населением не более пятнадцати тысяч, раскинулся в живописном местечке на берегу Рио-Сонора, утопая в цветущих апельсиновых рощах и огромных садах. Город окружали разноцветные заплаты засеянных пшеницей полей, радующих глаз сочной зеленью. В этот час улицы города словно вымерли, и Кауэн грустно вздохнул, вспоминая стройных, словно статуэтки, грациозных мексиканочек Соноры. Он еще не видел женщин красивее, чем в здешних местах.

Бен замешкался в тени огромных старых деревьев на Плаза. Укрывшись под ними, он мог остаться незамеченным тем человеком, что в эту минуту неожиданно выскочил из-за деревянных дверей какого-то дома, выходящего на боковую улочку.

Оказавшись на улице, человек искоса бросил настороженный взгляд по сторонам и поторопился исчезнуть. Похоже, он был уверен, что в этот час вряд ли кто обратит на него внимание. Поэтому-то он и не заметил Бена Кауэна, который притаился в густой тени всего в каких-то пятидесяти ярдах от него.

Это был Боб Келехер, один из тех, кто был вместе с Кэтлоу и чей след Кауэн заметил, пускаясь в погоню. Они были вместе с того самого дня, когда Кэтлоу пристрелил Меркера.

Нечего было и думать проследить Келехера, который торопливо шагал по пустым, словно вымершим улочкам Эрмосильо. Он бы тут же обнаружил Кауэна, о присутствии которого в городе бандиты, вполне вероятно, еще не догадывались. Скорее всего, это лишь вспугнуло бы бандитов и заставило их сменить убежище.

В доме, откуда так стремительно вышел Келехер, окна были плотно прикрыты ставнями, а дверь заперта, но Бен Кауэн, который уже не первый день кружил по городу, припомнил, что в этом здании находятся шорная мастерская и лавка. Как и Мосс Бартон, хозяин торговал седлами собственного изготовления, изящными плетеными уздечками, сапогами ручной работы и разными мелочами, которые шил, сидя на виду у прохожих, а дверь в лавку всегда была открыта настежь, когда торговля шла бойко.

Бен припомнил, что задний угол мастерской был украшен целым занавесом из поводьев, уздечек и ременных плетей и хлыстов, которые свешивались с огромного крюка в стене, почти под потолком. За этой своеобразной шторой можно было бы спрятать все, что угодно. Напротив, в другом углу мастерской, была крохотная дверь, которая вела в жилые комнаты. Но сейчас, с плотно закрытыми ставнями, с запертой дверью, лавка производила довольно странное впечатление.

Может быть, Келехер случайно заглянул сюда? Или этот дом стал тайным прибежищем для всех членов банды? А может быть, в нем укрылся только кое-кто из бандитов?

Отделившись от стены, к которой он прижался, ожидая, пока Келехер отойдет подальше, Кауэн неторопливо зашагал к следующей улице. Оглядев ее, он удовлетворенно хмыкнул: если не считать громоздких ворот, достаточных, чтобы в них проехал фургон, улица представляла собой одну сплошную стену. Он двинулся вперед и, подойдя к воротам, осторожно заглянул в щель. Перед ним был мощеный дворик, посреди которого сиротливо притулился всеми забытый старозаветный экипаж, оглобли его с унылой безнадежностью уткнулись в землю. Судя по характерному запаху, постройка напротив ворот была, по всей вероятности, конюшней. Бену удалось разглядеть краешек задней стены того самого дома, где жил шорник. К его разочарованию, стена оказалась глухой, лишь под самой крышей примостилось крохотное окошко, но и оно было плотно прикрыто ставнями.