Луис Ламур - Матагорда

Мы проболтали с Мэди весь вечер. Затем я вернулся к источнику, а оттуда — в корраль, к моим товарищам. Они ничего подозрительного не видели и не слышали. Мы сели на лошадей и поехали вниз по склону холма, намереваясь добраться до дороги на Викторию. Тут-то они нас и поджидали.

Дюварни в изумлении уставился на Тома.

— И ты считаешь, что все подстроил Хадди. Откуда он мог узнать, что вы поедете по этой дороге? — Тэп поразился наивности Тома, ведь тут и ребенку ясно, что его кто-то предал и послал на верную смерть.

— Хадди — колдун, — убежденно заявил Киттери, — он обладает какими-то сверхъестественными способностями, может предвидеть, читать мысли… Хадди — не простой человек.

По выражению лиц ковбоев майор понял, что они разделяют убеждение Тома.

— Конечно, — произнес Тэп, — я не знаю Коппингенов, но можно ли им доверять?

Том посмотрел на него с удивлением.

— Доверять Коппингенам? Конечно, можно… Я ведь все-таки жених Мэди, черт возьми. Всем известно, что мы обручились до войны.

Дюварни промолчал. Ему, чужаку, пока трудно во всем разобраться, но в сверхъестественные способности Хадди он совершенно не верил. Скорее всего, кто-то из Коппингенов дал сигнал кому надо о появлении Тома. Теперь Тэп окончательно убедился, чем раньше они отправятся в Канзас, тем лучше. Иначе эта вендетта нарушит все его планы. И к тому же, он все чаще и чаще думал о Джессике, хотя и старался гнать мысли о ней из головы.

Том посмотрел на него.

— Извини, Тэп. Нам с Роем нужно время, чтобы встать на ноги… Если ты поможешь нам…

— Помогу? Как бы не так, черт возьми! У меня своих дел под завязку! — взорвался Тэп. — Когда вы настолько окрепнете, что сможете держаться в седле, присоединитесь к нам. Я собираю стадо и отправляюсь в Канзас.

Том совсем сник.

— Ну что ж, с тобой поедут Брек и Спайсер. — Он огляделся, поскольку до него неожиданно дошло, что Спайсера нет. — Где Спайсер?

Ответил Брек:

— Дюварни послал его в Браунсвилл.

— Куда-куда? — в ярости воскликнул Том. — Какого черта ты отправил его неизвестно куда, Тэп? — Он помолчал, успокаиваясь, и снова задал вопрос: — Зачем ты послал Спайсера в Браунсвилл?

— За людьми. Мне нужны погонщики.

Лицо Киттери стало очень жестким.

— А кто будет им платить? Ты? Надеюсь, у тебя есть для этого деньги?

— Деньги есть у тебя, Том. Ты им и заплатишь из тех денег, что остались после покупки скота. У тебя же должно что-то остаться.

Джо Брек сердито набычился, ковыряя землю палкой. Джонни Любек стоял, уперев руки в бедра, и в глазах его сверкала ярость. Дюварни окинул взглядом собравшихся — все настроены против него, это ясно.

— Я считал, что деньги теперь мои. Ты заплатил за право стать моим партнером, — продолжал Том Киттери.

— Я заплатил за половину того стада, которое мы перегоним в Канзас, а совсем не за удовольствие участвовать в кровавой бойне. И нам потребуются деньги, чтобы оплатить расходы, которые возникнут по пути.

— Деньги у меня, конечно, остались, — успокоил Том, — но мне казалось, что…

— Какие бы планы ты там ни строил, — оборвал его Тэп, — эти деньги — наши общие, и предназначены они вовсе не для покупки оружия.

— Ну хорошо, хорошо! Забудем об этом! Если ты хочешь гнать скот в Канзас, погоним. Я вовсе не намерен ссориться с тобой, Тэп. Ты — настоящий друг. Пару раз спас мою шкуру, и я ни о чем не забыл.

Каждый день, когда солнце показывалось из-за горизонта, Дюварни был уже в седле. Он сгонял скот на полуостров и несколько раз во время отлива переплывал залив, чтобы проверить, много ли бычков скопилось там. С ним работали Брек или Каюн, а когда Рой Киттери поправился, он тоже стал помогать им. Любек обычно отсутствовал — он либо стоял на страже, либо разведывал пути, по которым можно незаметно перегнать скот на север.

Ровно через десять дней в лагерь вернулся Велт Спайсер. С ним приехали закаленные в боях вояки — восемь отставных солдат с оружием, а трое сохранили даже форму. Словом, лучшего пополнения нельзя было ожидать.

Галлахер, Шэннон и Лаи оказались ирландцами, родившимися в Нью-Йорке, долговязый Бил Лоутон происходил из Кентукки, а Жюль Симмс — из Орегона и мечтал вернуться туда. Худого техасца, на лице которого застыло capдоническое выражение, звали Док Белден, а Джуд Уолкер и Лон Портер представляли в этой компании Канзас. Все они служили в кавалерии и неоднократно участвовали в стычках с индейцами и мексиканскими бандитами. Каждый не по чужим байкам знал суровую, полную лишений жизнь на границе.