Майн Рид - Смертельный выстрел

Читателю известны уже люди, составлявшие эту вторую группу: Чарльз Кленси, Саймон Вудлей, Нед Хейвуд. Мулат был Юпитер — беглый невольник Ефраима Дарка.

Переправившись через Сабину, они остановились на техасском берегу. По осторожным их движениям и беспокойному виду можно было судить, что они тоже боялись погони, но по причине совершенно другой, нежели Борласс и его шайка. Они боялись не за себя, а за мулата, которого уводили за границу свободной земли, где он мог считать себя в полной безопасности от предприимчивых охотников за невольниками.

Вот почему они избрали дорогу, редко посещавшуюся честными путешественниками.

Сойдя с седел, они остановились под теми же деревьями, что и Борласс со своей шайкой. Привязав лошадей, они уселись отдохнуть, но не спали. По причине, о которой легко догадаться, они останавливались также в гостинице «Вождь Чоктав», проездом через Начиточез. Для успеха в своем мщении Кленси полагал, что будет лучше, если его будут считать мертвым. Тем более надо было подумать о Юпитере, который недолго попользовался бы своею свободой, если бы его увидели на улицах Начиточеза или в гостинице, посещаемой плантаторами.

Оба раза, проезжая через Начиточез, Кленси останавливался в лучшей гостинице, но теперь средства не позволяли ему этого и приходилось беречь остававшиеся доллары. Что касается его спутников, Саймона Вудлея и Хейвуда, то они инстинктивно направились бы в гостиницу «Вождь Чоктав», если бы даже и первый раз приехали в город, а Вудлей уже здесь бывал.

Случайно Борласс перед отъездом оскорбил буфетчика Джонни. Последний был болтлив, по обычаю ирландцев, а тут еще злопамятство развязало ему язык. Он сообщил Вудлею все, что происходило в их гостинице во время пребывания шайки Борласса. В Начиточезе все знали о колонизационном проекте полковника Армстронга и молодого плантатора Луи Дюпре. Об этом говорили в отелях, тавернах, на улицах. Прошла уже неделя, как они уехали, но толки о них не прекращались.

Саймон Вудлей был человеком, умевшим хранить тайну: он молчал как о том, что сам видел, так и о том, что ему сообщали. Доказательством служит его поведение при поисках тела Кленси и при аресте Дарка.

О том, что он узнал в Начиточезе, он рассказал только тогда, когда все товарищи слезли с лошадей на другом берегу Сабины. Усевшись на пне покурить и подкрепить силы хлебом с салом, он передал вести, сообщенные ему ирландцем-буфетчиком.

— Товарищи, — сказал Саймон Вудлей своим спутникам, — мы остановились на том самом месте, на котором два гнуснейших мерзавца, каких только можно встретить в Техасе или Соединенных Штатах, останавливались три недели тому назад. Нед Хейвуд, ты знаешь только одного из них, а Кленси знает обоих и к тому же сохранил о них самые дурные воспоминания. Это Джим Борласс и Дик Дарк.

Кленси не так удивился, как два его спутника; он узнал в гостинице «Вождь Чоктав», что Дарка и Борласса видели в Начиточезе, и что они поспешно скрылись от преследования шерифа. Об этом происшествии еще говорили в городе, и он был доволен, узнав, что напал на след убийцы матери.

Он радовался, что шерифу не удалось его захватить; он хотел сам взять его и надеялся, что никакое препятствие не помешает ему выполнить священную клятву, данную им на могиле матери.

Хотя Кленси и не удивился рассказу Вудлея, однако заинтересовался им.

— Здесь? Вы полагаете, что они были здесь? — спросил он.

— Я в этом убежден; судя по словам этой лисицы Джонни, они должны были следовать по этой дороге, а так как они спешили оставить Начиточез, то ехали без отдыха и должны были здесь отдохнуть. Посмотрите, вот и зола от их костра; без сомнения, они что-нибудь жарили. Никто не переправлялся через реку после большого дождя, а иначе мы видели бы конские следы на дороге. Они проходили именно перед дождем, который и залил их огонь, это видно по полуистлевшим веткам. Да, их было семь, восемь, а может быть и десять вокруг костра, десять величайших мерзавцев, какие когда-либо переправлялись через Сабину, а этим много сказано. Я знаю троих, об остальных можно судить по их связи с Джимом Борлассом.

— Кто же третий, Саймон? — спросил Кленси.

— Тот, кто помог Дарку уйти из тюрьмы, Джо Гаркнесс. Описание его, сделанное мне буфетчиком, неясно, потому что он не останавливался в гостинице «Вождь Чоктав», и приходил туда раз или два с другими. Но я готов дать клятву, что это Гаркнесс. После того, что он сделал, куда же ему и идти, как не с Дарком? Я его знаю: это слабый, глупый человек. Если старик Ефраим дал ему денег — а он, конечно, дал, то наверно шайка Борласса облегчит его от этой тяжести.