Майн Рид - Всадник без головы

— Этот мустангер ирландец, майор. И у меня есть основания предполагать, что он…

— Кто бы он ни был…— прервал майор, мельком взглянув на дверь. — Вот он, пусть сам и ответит. Он прямой человек, и от него вы узнаете обо всем, что, по-видимому, вас так сильно интересует.

— Вряд ли, — пробормотал Слоумен, когда Генкок и еще два-три офицера направились было к мустангеру с намерением последовать совету майора.

Молча пройдя по посыпанному песком полу, Морис подошел к стойке.

— Стакан виски с водой, пожалуйста, — скромно обратился он к хозяину.

— Виски с водой? — повторил тот неприветливо. — Вы желаете виски с водой? Это будет стоить два пенни стакан.

— Я не спрашиваю вас, сколько это стоит, — ответил мустангер. — Я прошу дать мне стакан виски с водой. Есть оно у вас?

— Да-да! — поторопился ответить немец, испуганный резким тоном. — Сколько угодно, сколько угодно виски с водой! Пожалуйста!

В то время как хозяин наливал виски, мустангер вежливо ответил на снисходительные кивки офицеров. Он был знаком с большинством из них, так как часто приезжал в форт по делам.

Офицеры уже готовы были обратиться к нему с вопросом, как посоветовал майор, когда появление еще одного посетителя заставило их на время отказаться от своего намерения.

Это был Кассий Колхаун. В его присутствии вряд ли было удобно заводить такой разговор.

Подойдя с присущим ему надменным видом к группе военных и штатских, Кассий Колхаун поклонился, как обычно здороваются в тех случаях, когда вместе был проведен весь день и люди расставались лишь на короткое время. Если отставной капитан был и не совсем пьян, то, во всяком случае, сильно навеселе. Его глаза возбужденно блестели, лицо было неестественно бледно, фуражка надета набекрень, и из-под нее выбилось на лоб две-три пряди волос, — было ясно, что он выпил больше, чем требовало благоразумие.

— Выпьем, джентльмены! — обратился он к майору и окружавшей его компании, подходя к стойке. — И выпьем как следует, вкруговую, чтобы старик «Доннерветтер» не мог сказать, что он зря жжет для нас свет. Приглашаю всех!

— Идет, идет! — ответило несколько голосов.

— А вы, майор?

— С удовольствием, капитан Колхаун.

Согласно установившемуся обычаю, вся компания, которая собралась выпить, вытянулась вереницей около стойки, и каждый выкрикивал название напитка по своему вкусу. Разных сортов было заказано столько, сколько человек было в этой компании. Сам Колхаун крикнул:

— Бренди! — И тут же добавил: — И плесните туда виски.

— Бренди и виски ваш заказ, мистер Колхаун? — сказал хозяин, подобострастно наклоняясь через стойку к человеку, которого все считали совладельцем большого имения.

— Пошевеливайся, глупый немец! Я же сказал — бренди.

— Хорошо, гepp Колхаун, хорошо! Бренди и виски, бренди и виски! — повторял немец, торопясь поставить графин перед грубым посетителем.

Компания майора, присоединившись к двум-трем уже стоявшим у стойки гостям, не оставила и дюйма свободного места.

Случайно или намеренно, но Колхаун, встав позади всех в приглашенной им компании, очутился, рядом с Морисом Джеральдом, который спокойно стоял в стороне, пил виски с водой и курил сигару. Оба они как будто не замечали друг друга.

— Тост! — закричал Колхаун, беря стакан со стойки.

— Давайте! — ответило несколько голосов.

— Да здравствует Америка для американцев и да сгинут всякие пришельцы, особенно проклятые ирландцы!

Произнеся этот оскорбительный тост, Колхаун сделал шаг назад и локтем толкнул мустангера, который только что поднес стакан к губам.

Виски выплеснулось из стакана и залило мустангеру рубашку.

Была ли это случайность? Никто ни минуты не сомневался в противном. Сопровождаемое таким тостом, это движение могло быть только намеренным и заранее обдуманным.

Все ждали, что Морис сейчас же бросится на обидчика. Они были разочарованы и удивлены поведением мустангера. Некоторые даже думали, что он безмолвно снесет оскорбление.

— Если только он промолчит, — прошептал Генкок на ухо Слоумену,-то его стоит вытолкать в шею.

— Не беспокойтесь, — ответил пехотинец тоже шепотом. — Этого не будет. Я не люблю держать пари, как вам известно, но я ставлю свое месячное жалованье, что мустангер осадит его как следует. И ставлю еще столько же, что Кассий Колхаун не обрадуется такому противнику, хотя сейчас Джеральда как будто больше беспокоит рубашка, чем нанесенное ему оскорбление… Ну и чудак же он!