Луис Ламур - Проезжий

Поскольку они находились на самой высокой точке горного кряжа, им открывался прекрасный вид на ранчо. Меня скрывала густая тень сосен, и я надеялся, что они меня не заметят до тех пор, пока я буду стоять тихо.

Один из всадников ехал на черной лошади с белой полоской на крестце. У человека, который приезжал на ранчо с Лью Пейном, была такая лошадь, у человека, который набросил мне петлю на шею.

Нас разделяло добрых полмили. Я наблюдал, как они проехали вдоль горного хребта, спустились в седловину и двинулись на запад по направлению к ранчо. Раньше я их не видел. От горного кряжа до лугов тянулись тропинки. Всадники вошли под деревья, и я потерял их из виду.

Я направился к ранчо, стараясь держаться укромных мест. Кто знал, что у них на уме? Но когда они объявятся на ранчо, я буду ждать их.

Ждать с винчестером.

Лошадь трудно заметить на пестром коричнево-зеленом фоне гор, а моя одежда имела неопределенный цвет. Петляя между деревьями, я свернул на запад от дороги, а потом спустился молодым осинником, что заканчивался за домом.

К несчастью, я спугнул оленя, который щипал траву на склоне. Он отскочил всего на несколько шагов, потом остановился, оглядываясь вокруг. Поняв, что я не собираюсь в него стрелять, он снова приступил к трапезе.

Ленивый дымок поднимался вверх из трубы. Я слез с коня, привязал его возле ивы за домом и направился к боковой двери. Держа в руке винчестер, постучал.

Мэтти открыла дверь.

— Будут проблемы, — предупредил я. — Я хотел, чтобы вы знали.

— Снова тот детектив?

— Лью Пейн с парой всадников. Они в горах, их пока не видно, а я не знаю, что у них на уме. Вы сидите спокойно и не высовывайтесь.

Я взял стул и поставил его недалеко от окна так, чтобы можно было наблюдать. Меня беспокоил низкий горный кряж за ручьем, но в нем трудно укрыться. Однако оттуда можно наблюдать за домом, находясь на расстоянии ружейного выстрела. Что, если они займут позицию, а я не замечу? Если они спустятся на луг и обойдут кряж, я смогу их держать под прицелом. Есть одно местечко, откуда просматривается весь горный хребет. Я поднялся со стула.

— Давайте договоримся: что бы ни случилось, вы остаетесь в доме. Я буду недалеко, посмотрю, что могу сделать.

Взяв винтовку, я вернулся к коню и поехал обратно в горы. Миновав осинник, поднялся повыше, свернул и скрылся среди дубов и кедров.

Привязав коня в кустарнике, я пробрался сквозь лес в заранее присмотренное мной место.

День выдался ясный. По небу плыли редкие дождевые тучи, как зачастую случается в этих районах, а я сидел и с удовольствием вдыхал запах сосен. Пышная подстилка из сосновых иголок устилала землю, а там, где заканчивались деревья, ветер колыхал высокую траву.

Они появились на опушке леса и направились по краю луга, где больше я не мог их видеть. Я не имел представления, что они задумали, если только не нацелились опять запугивать женщин. Им известно, что я их не боюсь, но, должно быть, они не предполагали, что я уже вернулся из Пэррот-Сити.

Вскоре они вновь появились из-за длинного бугра, скрывавшего их, слезли с лошадей и повели их в направлении горного кряжа сквозь низкорослый кустарник, стараясь не подниматься вверх. Я успел осмотреть тот кряж, когда в первый раз выезжал на прогулку вокруг ранчо. Там на каменистой земле растут редкие деревья и почти нет травы.

Рядом на ветку уселась сорока. Увидев меня, она склонила голову, как бы решая, стоит ли мое присутствие того, чтобы поднимать шум. Она подолбила клювом что-то в стволе дерева и наконец улетела. Я осторожно убрал винтовку в тень, так как боялся, что солнечные лучи, попав на ствол, выдадут меня.

Они нашли место, которое искали. Лью Пейн установил ружье между ветвями низкого дуба и уперся плечом в приклад. Как только он это сделал, я спустил курок. У меня не было намерения его убивать до тех пор, пока он сам не вынудит меня это сделать. Я знал, как обращаться с оружием, и моя пуля ударилась о ствол дерева рядом с его лицом. Разумеется, он мог попасть и на линию огня, но этого не случилось. Пуля раздробила дерево, и тысячи мелких щепок посыпались ему в лицо. Он бросил винтовку, будто она раскалилась докрасна, и упал на землю.

На всякий случай я отошел на несколько шагов и выпустил другую пулю. Она воткнулась в землю у ног другого парня, надевавшего на мою шею петлю.

Итак, они убрались прочь, подняв за собой столб пыли. Они приехали сюда, чтобы навести страху на женщин, а не для того, чтоб в них самих стреляли.