Макс Брэнд - Месть фермера

Опираясь левой рукой на плечо проповедника, Дэниел поднял обрубок правой и воскликнул хотя и ослабевшим голосом, но сразу же заставившим всех умолкнуть:

— Убийство, убийство, убийство! Убили благороднейшего человека и величайшего героя, какого мы когда-либо видели! Джон Сэксон мертв!

Финли замолчал и опустил голову. Казалось, он свалился бы на пол, если бы не рука священника, сразу же поддержавшая его за худые узкие плечи.

Церковь наполнилась приглушенным бормотанием:

— Джон Сэксон мертв!.. Джон Сэксон убит!..

Очевидно, перед глазами каждого в этот момент всплыла картина: — Сэксон верхом на лошади, окруженный кричащими детьми. А теперь он убит! Горе, явно переполнявшее Дэниела Финли, охватило всю паству. Но вместе с тем прихожане ощущали бешеный гнев. Они хотели больше узнать о происшедшем.

— Это случилось на Стиллменском перевале, — снова заговорил адвокат. — Тело Джона унесло потоком и разорвало на куски в камнях водопада! А я стоял рядом, слабый и беспомощный, и все это видел! Отмщение! Отмщение! Господь дает честным людям право отомстить за подлое убийство!

— Мы сделаем это! — отозвались прихожане. — Мы будем преследовать убийц, пока не настигнем их!

Но другие голоса призывали к молчанию:

— Тише! Бедняга Финли будет говорить дальше, если ему хватит сил!

Голос адвоката звучал так тихо, что только наступившая тишина сделала его доступным для каждого уха и каждого сердца:

— Я знаю о Джоне Сэксоне многое, что неизвестно вам. Я мог бы поведать вам, как он повел своих людей в атаку на шайку Пасьянса, обратив в бегство бандитов и их предводителя. Я мог бы рассказать, как Джон принес мне почти шестьдесят тысяч долларов, отобранные у грабителей, и спросил, имеет ли он на них право. Однако, когда я сказал, что деньги следует вернуть в Стиллменский банк, который был ограблен бандой Пасьянса, Джон Сэксон, этот безупречный герой и джентльмен, тотчас же согласился. Чтобы вернуть деньги, этим утром я отправился вместе с ним в Стиллмен. Но когда мы остановились в ущелье напоить лошадей, загремели выстрелы. Джон упал в реку, и я видел, как его тело понесло к водопаду. В отчаянии я бросился к реке. Но чьи-то руки схватили меня, и я оказался окруженным людьми в черных масках. Они обыскали мою одежду и отняли бумажник с деньгами, а потом отшвырнули меня в сторону и поскакали прочь, крича и смеясь, покуда я взывал к Богу, спрашивая, как может быть позволено творить подобные гнусности. Я пришел к вам просить…

Его голос стих, а тело, поддерживаемое священником, безвольно обмякло. Тяжело дыша, адвокат опустился на стул.

Не дожидаясь, пока Финли придет в себя, толпа разгневанных мужчин ринулась из церкви за лошадьми и оружием.

Вскоре адвокат направился к дому опираясь на руку священника. Женщины, глядя им вслед, плакали от жалости к доброму человеку, чье сердце разрывалось от горя.

Джозеф Хантер собирался войти в дом вместе со своим сокрушенным спутником, но Дэниел Финли, словно собрав последние силы, выпрямился и сказал:

— Вы очень добры, мистер Хантер, но я предпочитаю… я должен побыть один.

Священник почтительно удалился, а Финли остался за запертыми дверями своего дома, прислушиваясь к удаляющемуся стуку копыт лошадей, хозяева которых, вооруженные до зубов, устремились к окутанному тучами Стиллменскому перевалу.

Он улыбнулся, закрыл глаза и сжал здоровой рукой бумажник, набитый деньгами. Теперь они принадлежали только ему. Ни одному человеку в мире даже в голову не придет, что деньги находятся у него. Никому, кроме Пасьянса, которому он оказал такую услугу, что его можно не опасаться. Все прошло отлично. Безупречный план был столь же безупречно осуществлен. В душе Финли царил покой.

Задолго до того, как Мэри Уилсон и Молли оказались в центре Стиллменского перевала, на них упали первые снежинки. Оглядываясь назад, они видели чистое небо на западе, где еще ярко сверкало солнце, в то время как над головами у них сгущались тучи и лошади мчали их сквозь туманную мглу. Когда они въехали в ущелье, весь горизонт был покрыт плотным слоем облаков.

Мэри то и дело поглядывала на свою спутницу. Они надели непромокаемые плащи, и ветер с хлопаньем раздувал прорезиненную ткань. Но каждый раз, когда Мэри смотрела на подругу, та улыбалась и ободряюще ей кивала.

— При таком ветре они не смогут ехать быстро — тем более такой старый скелет, как Дэниел Финли. Твой парень не допустит, чтобы старик простудил свои драгоценные кости. Мы догоним их, не сомневайся! Кажется, я что-то вижу на том склоне…