Макс Брэнд - Месть фермера

Джон подъехал к дому Финли настолько рано, что улица была абсолютно пуста, однако адвокат уже оседлал лошадь (парень с жалостью подумал, что бедняге пришлось делать это левой рукой и обрубком правой) и был готов к отъезду.

Но когда Сэксон вошел в дом и пожал левую руку адвоката, он получил новое доказательство его предупредительности.

— Ты успел поесть, мой мальчик? — поинтересовался Финли. — Я оставил на плите яичницу, бекон и кофе. Они еще теплые. У тебя голодный вид, так что лучше сядь и подкрепись.

Улыбнувшись, Джон уселся за стол и поел быстро, с аппетитом.

— Вы обо всем подумали, мистер Финли, — заметил он. — Когда-нибудь вам воздастся за вашу доброту.

— Ты так думаешь? — ухмыльнулся адвокат. В глазах его мелькнуло сомнение, а на лице появилось странное выражение боли. — У меня достаточно грехов, — пробормотал он себе под нос.

Вытащив пачку денег, Финли заставил Сэксона пересчитать их. Вся его доля добычи была на месте.

— Как будто я в вас сомневался, мистер Финли! — засмеялся Джон.

— Бизнес есть бизнес, и все сомнения лучше предотвратить заранее, — объяснил адвокат. — Деньги как сажа, Джон. Они быстро прилипают к рукам.

Спустя несколько минут они уже ехали по улице и задолго до полудня приблизились к перевалу. Облака ударялись о горные вершины, словно море о прибрежные скалы, но, в отличие от волн, не разбивались, а, слегка отпрянув, снова цеплялись к утесам.

Глядя на эту сцену, можно было представить себя находящимся под водой, а ветер, нагоняющий облака — сильным течением. Было очень холодно, и Финли не сомневался, что скоро начнется снегопад. По-зимнему колючий воздух проникал сквозь одежду, тела покрылись гусиной кожей. На небе с каждой минутой прибывали все новые массы облаков.

— Если бы я гнал скот в Стиллмен, то поторопился бы, — сказал Сэксон.

— Ты хотел бы снова заняться фермерством, если бы тебе представился шанс? — полюбопытствовал Финли.

Джон рассмеялся:

— Не знаю. Эти дни я чувствую себя так, словно сижу за игорным столом, где делают крупные ставки. Это чертовски увлекательно!

— Вот именно, высокие ставки, мой мальчик, — кивнул Финли. — Жизнь или смерть! — Он произнес это не меланхолическим тоном моралиста, а голосом человека, который знает, о чем говорит, и наслаждается запретным плодом.

Сэксона это удивило и слегка встревожило. Но в жизни Финли было немало страданий, поэтому не приходилось удивляться, что в его голосе часто слышались нотки горечи.

Они ехали через перевал по старой дороге, разрушаемой водными потоками, пока не добрались до реки Стиллмен, которая стремительно несла среди валунов свои воды, местами шумно низвергающиеся с обрывов.

Перед одним из таких водопадов Финли натянул поводья и огляделся.

— Лучше напоить лошадей здесь, Джон, — предложил он.

— Они еще не хотят пить, — возразил Сэксон.

— Откуда нам это знать, мой мальчик? Бедные бессловесные твари не могут пожаловаться на жажду. Так что нам лучше проверить, хотят они пить или нет.

Тронутый этим проявлением доброты, Сэксон улыбнулся, спешился и подвел лошадь к воде. Финли со своей лошадью остановился ярдах в десяти от него.

Но животные, хотя и вытянули передние ноги, словно собираясь пить, всего лишь понюхали воду.

Финли сразу же сел в седло, и Джон собирался последовать его примеру, как внезапно за спиной услышал подобный колоколу голос:

— Доставай револьвер, Сэксон!

Окрик Пасьянса пронзил его насквозь, словно ледяной горный ветер. Повернувшись, он выхватил кольт, но успел лишь мельком увидеть противника, не стреляющего с бедра, а стоящего прямо, с жесткой улыбкой на красивом лице. Левую руку он держал за спиной, а правую с револьвером вытянул вперед, как дуэлянт. Потом грянул выстрел. Пуля ударила Джона Сэксона в грудь, отбросив его назад и столкнув в бурлящий поток.

Дэниел Финли, повернувшись в седле, увидел, как человек, которого он предал, упал в воду, увлекая за собой с берега изрядное количество песка и грязи. Сильное течение сразу же понесло темное грязное пятно к водопаду. Финли всматривался в поток, ожидая увидеть тело, бьющееся о камни, или хотя бы алые пятна среди пены, но ничего не смог разглядеть.

Адвокат не был обременен избыточным количеством совести, но, когда он посмотрел. туда, где только что находился Джон Сэксон, и увидел вместо него яму в песке, стоящего над ней Пасьянса со злорадной усмешкой на лице и трех его бандитов, в душе у него что-то шевельнулось. Но тут же и утешился, вспомнив, что у него в бумажнике почти шестьдесят тысяч долларов. Наконец-то он добился успеха! Теперь сможет в любой момент удалиться от дел, расстаться с положением, которое делало его солидным человеком в глазах окружающих. Одним ударом, с помощью убийства, ему удалось приобрести то, что является сущностью респектабельности, — капитал!