Макс Брэнд - Дорогой мести

— Пойдем со мной, — пригласил его Рейни. — У нас есть каюта, на корме. Ты можешь пойти туда и хорошенько выспаться.

— Лучше я поднимусь на палубу и посмотрю, — возразил Джонни.

— Какая разница, куда ты поднимешься, все равно ты ничего не увидишь, разве что сон, и это случится через пять минут.

Джонни сдался и пошел в уютную каюту, где оказались две койки — одна над другой. Разделся, у умывальника вымылся, а Рейни, развязав тюк, стоящий в углу, бросил ему фланелевую рубашку.

— Сойдет вместо пижамы.

Таннер слишком хотел спать, чтобы возражать. Он натянул на себя рубашку, которая доходила ему до колен, сонно улыбнувшись Рейни, словно выказывая недовольство слишком широким одеянием, забрался на верхнюю койку и тут же заснул.

Сквозь сон он услышал какой-то грохот, но только перевернулся на другой бок и заснул еще крепче.

Потом Джонни услышал рядом голоса, но все еще никак не мог проснуться, пока его окончательно не разбудил разговор в каюте.

В воздухе висел плотный табачный дым. Вероятно, от него он закашлялся.

В каюте находились четверо мужчин. Один из них оказался тот самый высокий тип с бриллиантовой булавкой в галстуке. При виде его мальчик забыл о табачном дыме, от которого у него кружилась голова. Острое чувство приближающейся опасности прояснило ему мозги.

Тут он посмотрел на двух других. У одного было костлявое лицо болезненно желтовато-бледного цвета, как у туберкулезника. У другого — бульдожья морда с квадратной челюстью. Массивные плечи его были тоже квадратными. Все четверо, вместе с Рейни, сидели за столом. Перед ними стояли небольшие стопки золотых и серебряных монет. Тот, что с бриллиантовой булавкой, раздавал карты. Юный Таннер как завороженный смотрел на его белые руки с длинными пальцами и ловкие манипуляции с колодой. Вот он перетасовал колоду, снял козыря, и карты с тихим шепотом стали быстро падать на стол перед каждым игроком.

— Мне нужна удача, Маршалл, — сказал Рейни тому, кто раздавал карты. — Игра у меня не заладилась, мне нужна удача.

— Вы ее получите, — льстиво пообещал Маршалл. — Вот спросите у Гарри Брея. Он мне сам рассказывал. — Он кивнул на бульдога.

— Я рассказывал об этом Маршаллу сегодня вечером, — подхватил Брей. — Я не часто играю в карты. Они для меня нечто вроде расслабления, чтобы убить время в поездках, таких, как эта. Тогда я ехал на пароходе в Новый Орлеан, и мы с несколькими другими джентльменами стали играть по маленькой. При мне было что-то больше двух тысяч долларов, и через полтора часа осталась последняя десятка. Я посмотрел на орла на монете и решил сыграть в орлянку. Загадал на орла, но вышла решка. Тогда я махнул рукой и сделал ставку. И как вы думаете, что произошло?

— И что же? — полюбопытствовал Рейни с лихорадочным блеском в глазах.

— Так вот, я поставил последнюю десятку на пару дам и при следующей сдаче выиграл сорок долларов!

— Да ну? — удивился Рейни, улыбаясь.

— Да, мистер Рейни. А полчаса спустя передо мной уже лежали две с половиной тысячи долларов. А еще через десять минут у меня на руках оказались четыре короля, а плантатор из Луизианы сидел напротив с четырьмя дамами. Так что сами можете представить, что произошло. С таким раскладом я выиграл три тысячи, — усмехнулся он.

— Игра есть игра, — заметил Маршалл. — Мистер Квинси, а вы не поделитесь с нами своим опытом?

Туберкулезник заморгал и, помедлив, кивнул.

— Так всегда бывает, — сообщил он. — Судьба переменчива. Тот, кто проигрывает вначале, непременно отыгрывается.

— Ну конечно, — согласился с энтузиазмом Маршалл. — Ваша ставка, Квинси.

— Для начала пять долларов, джентльмены, — сообщил тот.

Либо он пришел играть с большими деньгами, либо много выиграл. Перед ним стояли стопки желтого металла. Следующую ставку должен был делать Рейни, но перед ним была только одна-единственная стопка монет. Не больше двухсот долларов, определил на глаз мальчик. Он надеялся, что это не остаток от его восьми сотен. Наверняка деньги у него в кошельке.

— Я хочу немного повысить ставку, — заявил Рейни. — Ну, пускай будет двадцать долларов.

— Для меня эта ставка слишком высока, — возразил Брей. — Но… Ладно, на удачу. — И пододвинул деньги.

Маршалл поставил такую же сумму и начал опять сдавать карты.

В этот момент мальчик заметил любопытную вещь. Рядом с рукой Маршалла лежали большие золотые часы. Сначала они показались мальчику снопом живого огня на столе. Но потом понял, что эта иллюзия вызвана полированной поверхностью металла. Она была так сильно отполирована, что в ней отражалось пламя свечи. Поверхность часов была ровная, словно зеркало, и, как зеркало, отражала потолок каюты. Вся странность заключалась в том, что часы были перевернуты циферблатом вниз. Человек, который хотел бы следить за временем, наверняка предпочел бы, чтобы часы лежали циферблатом вверх.