Э. Шевалье - Черноногие

— Напрасно вы подвергали себя такой опасности.

— Опасности? Что вы! Да ведь это соль моей жизни! Но если бы вы знали, сколько там было индейцев!

— Что они делали?

— Пока я искал седла, они осматривали место, где вы строили плот. Теперь они плывут за нами по озеру. Взглянем-ка поближе, где они теперь.

Оставив лошадей, они осторожно пробрались между кустарниками к самому берегу и оттуда осмотрели поверхность озера.

— Ну, не правду ли я вам сказал? Смотрите левее! — воскликнул Том.

Кенет увидел большой плот, направлявшийся к острову.

— Их там чуть ли не дюжина. Они теперь отыскивают место, где вы высадились, и, наверное, думают, что захватят вас врасплох. Только нам не время наблюдать за ними. Скорее бы выбраться из их когтей! Особенно ради этой красотки не хотелось бы опять к ним попасть.

— Сочувствую вам. Она и Саул Вандер ждут нас с нетерпением. Поспешим же.

Саул Вандер тоже заметил плот с отрядом индейцев, и мудрено ли, что прибытие товарищей вызвало его искреннюю радость!

— Как же я рад, что опять вижу вас! — сказал он. — И не столько за себя, сколько за эту бедняжку. Она рассказала мне свою историю. Ее зовут Флорела… Что же теперь нам делать?

— Если вопрос относится ко мне, — сказал Ворон с необыкновенной решительностью, — то я отвечу по всем пунктам.

— Скорее к делу! — заторопился Саул. — Вы доказали на деле такую ловкость, что мне приятно в том сознаться. Вы закаленный боец и видели много красных и белых, но какого бы чудака вы ни разыгрывали, это не помешает мне воздать каждому свое.

— Справедливо. Я и сам сознаюсь, что мне следует воздать хвалу, а так как я люблю, чтобы мои достоинства получали верную и справедливую оценку, то и пройду до конца этот тернистый путь. Садитесь-ка на одну из лошадей, а молодая девушка на другую, и мы отправимся до ближайшего форта. Тут переход всего в одни сутки, а как попадем туда, девушка будет в безопасности.

— Я и сам так думал, хотя мне очень прискорбно разыгрывать роль тюка, вместо того чтоб разделять с вами опасности. Но делать нечего. Едем!

Флорела села на лошадь Ника, Саул воспользовался лошадью Кенета. Но перед самым отъездом Том сказал:

— Надо еще раз взглянуть на остров. Так и есть, красные твари причалили к его берегу!

Обращаясь к Кенету, он спросил:

— Хороший ли вы ходок?

— А вот увидите, меня нелегко утомить.

— Тем лучше. Вперед марш! Саул Вандер, вы знаете дорогу в ближайший форт? Ступайте так скоро, как позволят вам раны. Если мы не поспеем за вами — не беда, мы сами сумеем позаботиться о себе.

Проводник трапперов на минуту посмотрел на небо, озеро, лес и солнце, потом, ориентируясь по приметам, которые подсказывал ему опыт охотника, отправился в путь.

А Ник остался в пещере; раненный, он лежал неподвижно в темноте при общей суматохе.

Выстрелы и крики вывели Марка Морау и его сподвижников из оцепенения. В первые минуты, под влиянием винных паров, они не могли сообразить, в чем дело. Но мало-помалу Марк и Крис очнулись и сообразили, что дорогие гости их надули. Выкрики дерущихся дали им полное представление о ходе дела.

Было еще довольно светло, так что Морау мог рассмотреть, что примерный миссионер отчаянно дерется с его лучшими молодцами из индейцев, на верность которых он мог вполне рассчитывать. Когда же раздался подлинный голос Ника, Марк в ту же минуту узнал его.

— Измена! — заревел он и, выхватив из-за пояса пистолет, выстрелил и тотчас уложил Ника.

— Двадцать фунтов стерлингов за этого великана, живого или мертвого! — закричал он, видя, что Авраам Гэмет исчезает в галерее.

Щедрое обещание только увеличило сумятицу, и квакер скрылся, пользуясь общим беспорядком.

— Лампы! Внесите лампы! Где Агарь? — закричал Марк, ударив себя по лбу. — У меня точно свинец в голове. Ага! Вот оно что! Теперь понимаю. Нас угостили снотворным!

— Да, и я того же мнения, — подтвердил Крис, — этот проклятый миссионер попотчевал нас ядом, а мы были так глупы, что выпили. Его новообращенный индеец ничуть не похож на индейца — это тот самый долговязый, который заряжал пистолеты во время вашей дуэли с Айверсоном. Да, он самый — Ник Уинфлз. Но кто же остальные, пускай снимут скальп с моего черепа, если я это знаю!

— Ник Уинфлз еще здесь, но я ручаюсь, что ему никогда отсюда не выйти на своих ногах. Видишь? Это он лежит у входа в галерею.

— А я думал, это один из наших черноногих. Вот и прекрасно! Я никогда не любил этого чудака, который ничего не боялся и все понимал. Я думаю, в целом крае не было ему равного, чтоб поохотиться, выискивая следы, и понаблюдать за неприятелем. С такими удальцами, как этот Ник да старик Саул, не будет нам покоя, не правда ли, капитан?