Стражи - Gelidus Corde (СИ)

— К черту… — сорвалось с моих губ, когда мир растворился.

Комментарий к Глава 24

Простите, что меня так давно не было, загруженная неделя выдалась(

К слову, до конца осталось считанное количество глав)

Мне было бы очень приятно узнать ваше мнение о моей истории, так что не стесняйтесь писать отзывы :3

========== Глава 25 ==========

Проснувшись раньше чертовки, я поднялся с дивана, укрыл ее пушистым пледом и ушел наверх. Бессильно упав на кровать, я забылся в бессонной беспокойной дреме.

Промозглое утро неприятно давило на меня, заставляя бессмысленно пялиться в потолок спальни. Кровать казалась неестественно большой и пустой.

«Я так устал», — повторял я вновь и вновь, не желая выходить, не желая притворяться, что я мирюсь со всем, что происходит вокруг.

У меня осталось лишь три истины: я доверял Кетернии, я понимал Мариссу, и я ненавидел Себастьяна. Я не желал ему смерти, но предпочел бы никогда более с ним не встречаться, что, конечно, невозможно. Казалось, будто мы все играли в какую-то замысловатую игру, которой управлял кто-то сверху, беспричинно дергал за ниточки, заставляя нас скорбеть по погибшим друзьям или прерывисто вздыхать, когда сердце замирало от переполнявших эмоций.

В последнее время я стал забывать о том, что меня волновало раньше: я перестал вспоминать о предательстве матери, не звонил бабушке, словно она для меня была чужим человеком, я стер из памяти все моменты, которые раньше бы заставили меня безудержно рыться в пыльных книгах, лишь бы найти ответ. Я мысленно перечислял вопросы и загибал пальцы:

«Почему Кетерния ничего не знала о стражах? Что не так с ее семьей? Как она выжила тогда? Ее странный артефакт, силы ледяного стража… Я, наверное, никогда не найду на них ответы, — неутешительно подумал я. — Разве что после смерти».

Я поднялся, но только потому, что больше не находил себе дел. Спустившись по холодной лестнице, я понял, что Кетернии не было дома: стояла мертвая тишина, даже шум улицы не пробивался через тонкие серые стекла. На кухонном столе лежала аккуратная записка:

— Ушла по делам, вечером расскажу, иначе ты меня убьешь, — прочитал я и, стараясь выглядеть как можно безразличнее, кинул бумажку в мусорку.

Есть не хотелось, поэтому я просто сварил себе кофе, который должен был прогнать хмурые мысли. Присев за стол, я с любопытством уставился на потрепанную книжку, утыканную разноцветными закладками, «Гордость и предубеждение» гласило на обложке. Бегло пролистав пожелтевшие от старости странички, я отодвинул роман в сторону. Я знал, о чем было это произведение, и было видно, что Кетерния зачитывалась им до дыр.

«Ну, или это не ее книга», — с издевкой подумал я, отхлебнув горький и слишком крепкий напиток: молоко закончилось, а в магазин мы не вылезали из-за постоянных тренировок.

Я отклонился назад и выглянул в окно, раздумывая, хочу ли я сегодня выйти из дома на прогулку до ближайшего супермаркета. Не думаю, что Кетерния бы додумалась купить съестного. Я вымыл кружку и подошел к журнальному столику, где еще вчера оставил свой телефон, который почти не использовал с тех пор, как стражница переехала сюда. Я не был уверен, что хочу позвонить бабушке, но был обязан. Я деревянными пальцами нажал на ее контакт и приложил телефон к уху, слушая противные механические гудки, разрезавшие устоявшуюся тишину квартиры.

— Доброе утро, Александер, — что-то никогда не менялось.

— Привет, бабушка, — отозвался я, падая на диван. — Как дела?

— Бывало и хуже, — кратко ответила женщина. — Надеюсь, что вы больше не прогуливали сны?

«Все еще корит меня за то, что я повел себя, как должно стражу», — измученно отметил я.

— Нет, исправно посещаем их, — я потер глаза.

Последовала непродолжительная пауза.

— Будь добр, расскажи, — ее голос стал мягче, но слова показывали, что стоит мне хоть что-то сделать не так — и я буду уничтожен.

— Пока мы только познакомились, вчера были во французском городке Дьеппе, а сегодня уже начнутся тренировки, — мои слова казались заученными.

— Я не совсем это хотела услышать, — снова холодок.

Я знал, что она хотела узнать о Мариссе. Брак был второй вещью по важности в жизни стражей. С каждым поколением мы вымирали, причины тому были разные, но все сводилось к одному — вдруг однажды стражей будет настолько мало, что не смогут найти даже четверых. Именно поэтому когда-то давно сотворили магию, опутывавшую нас связью, которую проще было назвать любовью, чем цепями: Совету нужны были дети с силами. Бабушка просто хотела узнать, испытываю ли я что-то к Мариссе, как и должен. Другое дело, что она всегда с легкостью узнавала, когда я лгу.